‒ О, ставки повышаются! ‒ наигранно фыркает, отворачиваясь.

Трое моих, четвёртый Миша, которого автоматически приплюсовал, мысленно поставив пометку «мой». Яна пока не осознает, что может злиться, вырываться и язвить в ответ ‒ итог определён.

‒ Сомневаюсь, что какая-нибудь женщина даст согласие на такое количество детей. Хотя… ‒ скользит по мне глазами, задерживаясь на уровне паха и поднимаясь к лицу. ‒ Стабильность определяет многое. Для женщин зачастую это фактор выбора. Ощущение, которое даёт мужчина в отношениях. Уверенность в завтрашнем дне, защите и поддержке.

‒ Я попробую договориться. Вдруг согласится, ‒ улыбаюсь и ловлю на себе гневный взгляд.

Яна едва сдерживается, чтобы не сорваться на крик. Задевает ситуация с Полиной, но открыто высказать претензии не решается, считая, что наши отношения ограничиваются одной ночью. Но чем больше закипает, тем сильнее я её хочу, предвкушая неспокойный вечер.

Подземная парковка встречает тишиной. Встаю на привычное место, обхожу машину и открываю дверь перед Яной. Пара молчаливых минут, и она идёт за мной к лифту. Подталкиваю в кабину и нажимаю кнопку. Придирчиво ловит каждое движение.

‒ Куда мы приехали? ‒ заглядывает в приоткрытую дверь квартиры, пока я жду, когда она переступит порог.

‒ Зайди и узнаешь.

С опаской, шаг за шагом продвигается внутрь, крутит головой, осматривая пространство. Успеваю захлопнуть дверь и сразу же прижать к себе манящее тело. Мы оба знали, чем закончится этот вечер, и шпильки в мой адрес лишь подстёгивают к решительным действиям. Стягиваю пальто по плечам, прижимаюсь губами к тонкой шее, прокладывая дорожку из поцелуев. Вздрагивает. Всегда вздрагивает, чутко реагируя на близость. Долгой ночи и одного утра оказалось достаточно, чтобы уловить, как учащается дыхание и волны дрожи пробивают тело Яны.

Пытается вырваться, откинуть мои ладони, увернуться, но я сильнее, поэтому разворачиваю девушку, прижимаю к комоду в прихожей и впиваюсь в сочные губы. Застыв на секунду, вероятно, раздумывает, заслужил ли я право доступа к телу, но тут же с азартом отвечает, сильно прикусывая нижнюю губу.

‒ За что? ‒ отрываюсь, слизывая кровь.

‒ За паршивый вечер в присутствии твоей жены.

‒ Я не знал, что она будет там.

‒ Знаю. ‒ В глазах появляется жгучее пламя. ‒ Ты бы видел своё лицо в момент встречи с Полиной.

‒ И что ты увидела? ‒ прикусываю подбородок, спускаясь по шее и слегка прихватывая кожу.

‒ Неприязнь. Так смотрят на тех, кто предал.

‒ Так и есть. Именно по этой причине все твои выпады безосновательны.

Руки скользят по бёдрам, поднимая платье и прощупывая край чулок, а затем и трусики, вмиг соскальзывающие по стройным ножкам на пол. Я на грани, словно чумной, захлёбываюсь её ароматом, покрывая хаотичными поцелуями шею и плечи.