Игнат, можно сказать, единственный близкий мне человек, прошедший рука об руку долгий путь.

‒ По рукам. Чем планируешь заняться, болезный, пока я тут разрываюсь между проблемами в компании и личной жизни?

‒ Буду готовить рыбу, ‒ торжественно заявляет, а у меня едва сигарета не падает из рук.

‒ Рыбу? То есть неудавшийся вчерашний ужин тебя ничему не научил?

‒ Научил, друг, научил. Именно поэтому я с тобой прощаюсь. Не засиживайся допоздна, езжай домой.

‒ Там пусто, ‒ неприятно признавать. ‒ Противно в одиночестве слоняться по квартире. Может, я к тебе? На рыбу?

Идея завалиться в гости к Игнату мне нравится, и мысленно я уже мчу по улицам Москвы, пуская слюни в предвкушении вкусного ужина.

‒ Ну нет, у меня другие планы. Напоминаю, ты сам наградил меня соседкой…

‒ Понял. Не налажай там, как ты умеешь, ‒ последние наставления, и сбрасываю звонок.

Нина смогла сделать то, что не удалось ни одной представленной другу кандидатке ‒ заинтересовать, а тот факт, что Игнат запланировал повторный ужин после вчерашней неудачи, даёт понять ‒ есть шанс на создание чего-то глубокого. А там, возможно, повезёт и мне.

Глава 4

Яна

‒ Ужинать идём? ‒ второй раз зову мальчишек, которые с энтузиазмом разбирают робота, подаренного Егору на день рождения папой. Какая-то особая тяга доломать эту игрушку возникает у мальчиков. И тут Орехов не угодил.

‒ Пять минут, мам, ‒ ноет Мишка, возвращаясь к интересному занятию.

‒ Пять и кушать.

Однозначно с переездом ко мне сестры стало проще угомонить сына, заняв интересным делом. Раньше Миша, приходя из садика, утыкался в телевизор или же просто таскался за мной следом по квартире. Сейчас их не оттащишь друг от друга.

Делаю салат, мысленно то и дело возвращаясь мыслями к Нине. Надеюсь, она всё же сможет перебороть себя и ответить взаимностью новому знакомому, который на фото показался очень даже приличным. Хватить скулить по Орехову, перемалывая снова и снова собственные ошибки и анализируя, где и когда повернула не туда.

Все и каждый убеждали её в нецелесообразности выбора шесть лет назад, когда Юрочка, упав на одно колено, сделал Нине предложение. Позёр тогда, остался таким и сейчас, по-прежнему выставляя собственное «я» на первый план и затыкая других. Когда Нина пришла ко мне с вещами и ребёнком, сделала всё, чтобы первое время встречи с Ореховым сошли на нет, позволив сестре абстрагироваться от удушающей ауры мужа. Ей нужно было время, чтобы прийти в себя, ощутив свободу и способность принимать решения самостоятельно без оглядки на Юру. Но Орехов, как типичный абьюзер, лишившийся удобной девочки для битья, пробивался к Нине звонками и сообщениями, которые я часто скидывала и просто удаляла, оберегая сестру.