А прибывших со мной артиллеристов, вливаю в коллектив, и озадачиваю разборками с «чудом враждебной техники». С вновь прибывшими, у нас получается два отделения по семь мужиков, и одна неслабая женщина, так что можно уже скомпоновать наш партизанский отряд, — «Неуловимые мстители», это чтобы нас никто не ловил. Сначала формируем орудийный взвод (расчёт), под командой сержанта Волохова. В него вошли шесть человек: командир, три пришлых артиллериста, и ещё двое из наших «старых» кадров. Иннокентия назначаю «замкомпоморде» или просто замком, он будет отвечать за формирование и сколачивание подразделения из вновь прибывших в моё отсутствие, поэтому тоже отправляется на хутор.

Думаю на запах еды, туда подтянутся не только посланные командованием кадры, но и некоторые другие, те которые «чисто случайно» заблудились или решили остаться «партизанить» в окрестных лесах. То, что лес находится не на оккупированной территории, их не колышет, главное это лес, и там водятся партизаны. Вот для вразумления таких заблудившихся партизанов, Кеше и придали пулемёт «ческа збройовка» как было написано на ствольной коробке.

Младший сержант Задорин уходит, а я решаю выехать на рекогносцировку, а заодно и пострелять из пушки. Так что цепляем орудие к машине, и сначала едем на север, маскируясь гребнем высоты, а потом, выехав на дорогу, проезжаем километр и, развернувшись в обратном направлении, прижимаясь к западной опушке леса, едем на юг. Такие финдебоберы, нам пришлось выписывать, чтобы скрыться с глаз возможных немецких наблюдателей. Останавливаемся метрах в пятидесяти от конца перелеска и, отцепив орудие, а также прихватив несколько лотков со снарядами, катим его на позицию.

Пока расчёт устанавливает пушку, беру с собой Малыша, дядю Фёдора и якута, и идём выбирать НП. В двухстах метрах перед нами проходит дорога с твёрдым покрытием, судя по карте в деревню Слизнево, а ещё метрах в восьмистах берег реки, где и окопались наши стрелки."

"Разрешение у комбата насчёт пострелять, я спросил ещё в штабе, так что там думаю не должны растеряться, а вот пехоту, через позиции которой будут лететь наши, а возможно и ответные снаряды, предупредить было нужно.

Размотав две катушки с проводом, добрались до переднего края. Где с трудом разыскали, прячущихся в лесу пехотинцев. В результате разговора с командовавшим здесь сержантом, выяснилось, что топали мы сюда зря, стрелять можно было сразу, так как никого, в выкопанных вдоль восточного берега реки стрелковых ячейках не было. Все полтора «землекопа» находились внутри, поросшей лесом излучины, и сидели как мыши под веником.