Как только достаточно спустились вниз и перестали видеть белеющее пятно «Нивы», поднялись и рванули во все лопатки к линии домов – я спереди, Вася сзади, прилипнув ко мне, наподобие этакого самоходного рюкзака. На пятки, между прочим, ни разу не наступил – нас, военных, учат не только строем, в ногу, ходить, но и бегать таким же макаром.

Проскакав иноходью эти триста метров, я обильно вспотел, запыхался и, приблизившись к первому от директрисы переулку, не сразу обнаружил, что Васи со мной уже нет. Ага, вон он – у следующего переулка, метрах в двадцати от моего, мелькнула какая-то расплывчатая невнятная тень.

– Это может быть сотрудник! – негромко напомнил я тени.

– Да не тупой, понял, – тихонько ответила тень и исчезла совсем.

Ну всё – вперёд. Быстренько прошагав по переулку, я сбавил темп до прогулочного шага и ступил на проезжую часть улицы. Слева – деды, ещё левее чеченская дама гонит по улице заблукавшую корову, из переулка напротив доносится негромкий говор стирающих ковёр женщин, ребятишки справа, значительно дальше... А вот я, ещё один вечерний гость чеченского села. Оружие на плече стволом вниз, руки свободно болтаются вдоль бёдер: типа, мирный в доску, что такое стрелять – совсем не знаю.

.. Сердечко скачет в груди, как мотопомпа, в голове виртуальный Вася Крюков злорадно пыхтит:

– Ага, головастик! Вылез прямо водиле в сектор. Ствол в горизонт будешь выводить полчаса, ты же у нас криворукий! Тут тебя и заколбасят к чёртовой маме...

Стекло на правой передней двери «Нивы» медленно поехало вниз. Отреагировал, стало быть. Господи Иисусе – если что, авансом, прости дурному чаду своему все прегрешения в общем и вот эту глупость в частности...

– Эй! Ты зачем зыдэс? Кому ходиш?

Это один из дедов с лавки – через дом отсюда.

Действительно, чего это я? Кому хожу и зачем здесь? Сидел бы себе в отделе, сводки перелистывал...

– Салам, аксакалы! Тут друзья подъехали, хочу сообщить кое-что..."

"А сам – топ-топ, через дорогу, вот она, «Нива», чёрный провал раскрытого дверного окна стремительно расширяется... И теперь видно, что водила лежит в кресле, мирно откинув башку на подголовник, рот разинут, как будто зевнул и застыл в таком положении... На коленях водилы мирно шипит рация. А через приоткрытую левую дверь маячит озабоченная моей медлительностью физиономия Васи.

Как махнул через улицу, как подобрался? Деды и не шелохнулись. Одно слово – тень.

Обогнув «Ниву», я выпал из сектора дедов и, оказавшись лицом к лицу с прилипнувшим к воротам Васей, облегчённо вздохнул. Добрались-таки! Во дворе трое, перевес в единицу, но здесь Вася. Вася эквивалентен отделению хорошо обученных бойцов. То есть сейчас нас вроде как девять. Можно работать.

– Жив? – мотнул я головой в сторону водилы.

– Обижаешь!

– Рация...

– Не успел.