Объясняются эти суровые меры просто — государство хочет обезопасить себя от повторения подобного сценария.

Я внутренне хмыкнула. Чтобы обезопасить себя от повторения подобного сценария, государству достаточно было пересмотреть отношение к некоторым аспектам магической жизни. Но, конечно же, убивать и сажать за решетку людей — проще.

Грустно улыбнувшись, я подняла на госзащитника полные мольбы глаза.

— Я прекрасно понимаю все это, мистер Тайлер, но ведь я же…

— Я знаю, мисс Миллс, — мужчина меня перебил. — Именно поэтому я настаивал на применении в отношении вас пятнадцатой поправки — ее еще называют поправкой Искупления. Она введена около полугода назад, и суть ее заключается в том, чтобы дать темным шанс исправиться. В качестве исправительных работ вас поставят в услужение к одному из ветеранов восстания, он или она станет вашим смотрителем — тем, кто решит вашу дальнейшую судьбу. Если он или она посчитает, что вы не представляете угрозы обществу, то магия будет вам возвращена, а обвинения, а с ними и отбывание наказания, сняты.

Я смотрела на него с недоверием. Это сейчас серьезно? Моя жизнь будет завесить от кого-то, кто почти наверняка ненавидит темных до глубины души? А я буду должна ему (или ей, чтоб вас всех!) прислуживать? Без магии? Заглядывать преданно в глаза и молить о прощении?..

— Но ведь это несправедливо, — пробормотала я."

"— Поправка была принята Государственным советом практически единогласно. Если человек может убедить в своей невиновности того, кто больше всего пострадал от действий темных, то он однозначно заслуживает прощения. Мисс Миллс, это спланированная государственная программа, которая проходит под жестким контролем. Будет иметь место регулярная проверка, которая ставит перед собой задачу выявить нарушения как в ваших действиях, так и в действиях вашего смотрителя. Обязанности есть не только у вас. Более того, в том случае, если смотритель будет угрожать вашей жизни или здоровью — как физическому, так и душевному — вы имеете право на него донести, и после разбирательства вам могут его заменить.

Уже лучше. То есть если меня зашибет ненароком поехавший крышей вояка, то в посмертии я буду утешать себя тем, что он не имел на это права.

— И кто будет моим… смотрителем?

На язык куда больше просилось слово «тюремщик». А мрачное воображение рисовало меня в рванье, занесенный над головой кнут и зловещий гогот: «Это расплата за твои грехи, темная!»

— Эта информация, к сожалению, находится вне моей компетенции. Но в любом случае вы уже скоро это и сами узнаете. Я буду искренне надеяться, что вам с вашим смотрителем удастся найти общий язык.

— Спасибо…

Генри Тайлер снова поправил очки.

— Ну-ну, мисс Миллс, вы выглядите совершенно убитой.