— Я же формально на реабилитации буду находиться, не дадут автомат, начальник ГОВД рапорт не подпишет. А волына бы не помешала.

— Стрелять, надеюсь, не потребуется. Но подумаем, — Турок выдохнул. — Ладно. Ещё по пивку?

— Хорош. Когда начнётся?

— Позвоним, ещё решается.

Уже в машине он покопался в сумке, лежащей на заднем сиденье, и передал мне две вещи. Сначала вытащил пейджер «Моторолла», а потом, будто с большим сожалением, достал картонную коробку и протянул мне. Я её открыл.

— Ого, — хотел сказать: «какая древность», но подумал, что сейчас эта «древность» стоит, как подержанная иномарка. — Мобила. Ничего себе «кирпич». Весит полкило, не меньше.

— Угу. Нокия 1011, только не потеряй. Мой номер там есть, но это на самый-самый крайний случай.

В это время уже появились более лёгкие и компактные сотовые телефоны, поэтому вот эта мобила казалась мне огромной и несуразной. Но на фоне массивных «кирпичей», с которыми иногда гуляла братва, этот телефон был ещё не самым большим.

Экранчик уже есть, записная книжка тоже, меню на инглише только. Антенна выдвигается, «прогрессивная» модель заявляет возможность отправки СМСок, но у нас они тогда ещё и не работали.

— Десять баксов на балансе лежит, — сказал Турок. — Только ты это, Паха, не звони на городские, мигом улетят. Лучше просто принимай вызовы, денег хватит. Номер никому не давай, а то всё сгорит.

Ах да, тогда же ещё входящие были платно, совсем забыл. К хорошему-то легко привыкаешь.

— Звонить — только в самом крайнем случае. Мы на пейджер скинем, когда подойдёт время, не пропусти. Только не сломай ничего, и не посей где-нибудь. На балансе имущество.

— Да не переживай ты, — я убрал телефон в карман куртки, вытащил из коробки тяжёлый блок питания от зарядки, а пейджер убрал в карман джинс. — Не обеднеет твоя контора. Если что, спишешь его, типа, утерянный.

— Чего? — возмутился он.

— Ну, а чего? Вдруг нам с тобой ещё работать? А у меня уже телефон есть, — я засмеялся.

— Да ну тебя, Паха, — он махнул рукой. — А ты ещё ствол просишь. Его тоже списать потом?

— Да у вас наверняка неучтёнка есть. Дай хотя бы нелегальный наган какой-нибудь.

— Нет… хотя посмотрим.

Он довёз меня до дома. Было уже за полночь, так что я сразу улёгся, не включая телевизор. Сан Саныч обнюхал мои вещи и завалился спать на полу недалеко от меня, и уже скоро я услышал его сопение.

А вот мне сон не шёл.

Не билось всё, что я узнал сегодня, и это не давало мне спать.

Банк, отец, Кросс. Как это связано с чёрными риелторами, следователем Рудаковым, с Вагоном, с убитыми Гансом и Сёмой? Я бы мог сказать, что с этими квартирами напал на ложный след и зря погряз в этом деле, но нет, ведь именно те люди, на которых я вышел, пытались заставить Федюнина стрелять в отца.