Сейчас она допьет кофе и заглянет в Гостиный Двор, и, когда случайно набредет на отдел велосипедов, купит один и поедет, если вдруг придет такая блажь.

А Руслан – нет. У него изменилась вся жизнь – от профессии до самых мелких мелочей, теперь ему придется ценой огромных усилий добиваться того, что раньше было просто и естественно.

Но ей, Лизе, на все эти трудности Руслана было наплевать. Единственное, что ее интересовало, – это хочет ли он быть с ней или нет.

Слишком много времени прошло с тех пор, как она была с Гришей, и некоторые очевидные вещи стали забываться.

Например, то, что любимый человек – это не твое счастье, а тот, с кем ты делишь и счастье и горе.

Не нужно искать в другом то, что находится внутри тебя…

Расплатившись, она пошла к выходу, сознавая каждое свое движение и думая, какое это благо – самостоятельно передвигаться.

Будет как будет. Если Руслану легче одному, то пусть."

"Вернувшись домой, Мстислав Юрьевич обнаружил, что у него гости. На узкой лавочке, которую строители неизвестно зачем соорудили возле его ворот, рядком сидели мать и Наташины дети.

Увидев его машину, мама встала с видом, не предвещающим ничего хорошего. Зиганшин поздоровался, загнал машину в гараж, а Найду на всякий случай посадил на цепь и впустил гостей. Когда он увидел, что мама жестом фокусника извлекла откуда-то большую дорожную сумку, сердце нехорошо екнуло.

– Мстислав, – сказала она строго, – я привезла тебе детей.

– В смысле?

– В смысле, что я согласилась их принять на несколько дней, а теперь мне кажется, что всех вполне устраивает такое положение вещей.

Зиганшин покосился на племянников, смирно стоящих тут же. Девочка постарше, очень похожая на Наташу, и мальчик, кажется, ему пять, с еще совсем детским, неоформившимся лицом.

– Идите, ребята, погуляйте, – он легонько подтолкнул их, – осмотритесь тут, вон, с собачкой познакомьтесь. Найда, свои!

Добрая Найда уже энергично махала хвостом, но Мстислав Юрьевич все же надел на нее намордник, потому что не слишком верил обещаниям детей не подходить к собаке ближе определенной черты.

– Слушаю тебя, – повернулся он к матери, дежурно удивляясь ее моложавому и элегантному виду. Почему так устроена жизнь, что эгоистичные и самовлюбленные женщины вроде его мамаши без труда находят себе мужей, которыми помыкают всю жизнь, а такие как Наташа, добрые, самоотверженные, умные и работящие, или остаются одни, или попадают в зависимость к какому-нибудь подонку? Наверняка не он один задается этим вопросом.

– Мстислав, я больше не могу о них заботиться.