Когда ты проживаешь тысячи смертей, когда твою душу лично мучает бог, что может быть ужасного в обычном человеке?

Мы поднимались на самый верх, карта в голове показывала место, куда нам нужно идти, но меня тащила Солнцева. Через некоторое время стояли около большой деревянной двери, которая была вся в узорах, почему-то думаю, что в магических. Золотые ручки кольцами.

Не успела Елизавета ничего произнести, как дверь начала сама открываться. Меня затащили внутрь, посадили на мягкий диван почти у самого входа. Осмотрелся, около окна стоял большой рабочий стол из темного дерева, украшен инкрустацией из драгоценных камней и покрыт кожей.

На нем лежали блокноты, старинные перья с драгоценными чернильницами. За столом — массивное кожаное кресло, источающее атмосферу власти и уважения.

Свет от витражных окон мягко проникает внутрь, озаряя многочисленные полки, заполненные томами книг, скорее всего, магических, артефактами и реликвиями. Все просто кричит, что это особенное место.

В центре комнаты стоит бронзовый глобус сложной магической конструкции, вращающийся медленно и источающий приглушенный свет.

Посмотрел на диван, на котором сижу. Обитый бархатом, яркого цвета, на нем тоже какие-то замысловатые узоры. Судя по вони, магия.

Все в этом кабинете говорило о важности места, в которое попал, и важности человека, принимающего решения. Сидел молча, пока учительница что-то долго шептала на ухо директору. А он украдкой бросал сальные взгляды на ее декольте. Наконец, его суровый взор уставился на меня. Он встал и пошел в мою сторону.

Когда оказался рядом, думал, меня вырвет. Дикая вонь говорила, что это сильный маг. Еле сдерживался.

Он протянул мне руку и сказал:

— Здравствуйте, молодой человек! Я Андрес Владимирович Ураган. Рад, что вы в добром здравии и отлично выглядите.

Сжал зубы и протянул ему ладонь. Он крепко ее схватил и изучал мои глаза. Потом ухмыльнулся, сел рядом. Елизавета подошла и встала около меня."

"— Иван, вы разрушили уже второй артефакт в нашем университете, и если первый мы можем простить, то “Благословение Богов” — это подотчетная вещь. Выделяется из канцелярии его величества, и у нас в Первом магическом всего одна. Мне придется писать императору, в канцелярию, чтобы объяснить, что произошло, и просить еще один.

А это крайне затратно для нашего университета, — сказал директор.

— Если позволите, то зовите меня Ивар, тоже нравится мое имя на западный манер, — сказал я с улыбочкой.

А в голове только одна мысль: “Приплыли”. Сейчас отчислят, а это значит сразу ад. Пытался сидеть ровно, мои зубы уже начинали скрипеть, потому что вонь от директора дополнилась вонью Елизаветы. Видимо, она как-то умеет ее глушить. И смотрел на них.