Если решишь переночевать здесь — чистое белье в шкафу. Разберешься.

Зашел в комнату, хлопнув дверью.

Она не понимала, что произошло. Он отказался. Может, ему не нравятся женщины? Не похоже. Она помнила его взгляд. Раздевающий. Немного жесткий. Взгляд самца. Взгляд мужчины.

И какая-то странная сила тянула к нему. Хотелось прикоснуться, размять широкие сильные плечи, коснуться груди, живота, бедер. От этих мыслей дыхание перехватило, груди потяжелели и налились, живот приятно скрутило. Влюбилась что ли?.."

"Прохладный душ освежил разум Андрея. Но мысли о том, что девушка действительно одна из народа стевий не покидала.

Она отлично соблазняет. Ее невинность способна очаровать самого сильного самца. И почему бы ему не поддержать идею Баранова? Для вида…Ведь мнения двух людей могут сложиться в теорию. А теория способна оказаться на некоторое время аксиомой. Не он первый, не он последний поддерживает вселенский заговор и переписывает историю. Правда может быть разной, а истина не известна никому.

Да и старый разговор с дедом не давал покоя. Старик тоже знал о стевиях, не зря с младенчества натаскивал Андрея на мелкие народы.

Приучал сначала байками, а потом и увлекательнейшими фактами.

Андрей переключил на холодную воду.

Во что ты вляпался, Белый?

***

…Перебирая в руках мелкие песчинки, щурился от яркого небесного ультрамарина. Приятный ласковый ветерок шалил раскидистыми ветками пальмы. На груди лежала голова какой-то красотки. Никак не мог вспомнить имени. Опять забыл познакомиться. А теперь уже и не стоит начинать. Пара красивых поз, последний знойный поцелуй и прощай сеньорита! Девушка подняла голову, и Андрей узнал Стевиту.

О, нет! Всё-таки нарушил правило….

Тогда уже нечего терять. Где первый, там и второй раз. Но странно, что первый раз он совсем не помнил. Значит, повторить стоит наверняка. Или так серо, что даже не запомнилось? Не верил. Не может такого быть… Она — стевия. Богиня. Загадка. Искусительница.

И она в его руках…

Она коснулась его губ, и мысли кончились. Аккуратно отвел с глаз непослушную прядь. Впился в сладкие губы. Нежные и податливые. Рывком положил девушку на лопатки на белый пляжный песок. Прижал её, примял собственным телом, чтобы резко взять, доставив неожиданное острое удовольствие.

Отвел ткань купальника и резко вошел, будто зная, что она готова, ждала в сладком предвкушении.

Она дернулась, сладко застонав. Да! Давай, детка!..

Поймал ее поцелуй, аккуратно поднимаясь. Острые коготки вонзились в спину, подливая масла в уже разгорающееся пламя страсти. Он выдохнул и, коснувшись груди красавицы, чуть не потерял сознание, настолько ярки были ощущения, нахлынувшие на него дикой волной. Сжал сильно, превозмогая волну удовольствия. Она уже кричала в голос, в кровь раздирая ему спину.