Я нахмурилась, не открывая глаз, и… уснула. Чтобы проснуться в собственной кровати.

Утро началось обычно – с ругани соседей. И их бурного прощания перед долгим рабочим днём, которое сопровождалось очень характерными стонами и смехом, больше смахивающим на гоготание гусыни.

Но всё это было настолько привычным, что я даже улыбнулась. Потом с трудом открыла сроднившиеся за ночь веки и довольно потянулась.

Хорошо… Кажется, я впервые, невесть за сколько времени, выспалась. Эта мысль, почему-то, сразу отрезвила и заставила подскочить на кровати и едва ли ни грохнуться с неё.

Выспалась? Я?

Метнула быстрый взгляд на часы – они показывали половину седьмого. Не проспала. Так отчего же так заполошно забилось сердце и по спине потянуло холодом?

Что-то забыла? Тоже нет.

Вчера после работы ничего особенного не произошло. Всё было, как обычно. Я подбила все накладные, сверилась с бухгалтерией. Попрощалась с дядь Митей, который сидел у нас на проходной. Села в автобус. Задремала, облокотившись на окно. Вышла на своей станции.

Да нет же… Ничего не произошло.

Только волнение не отпускало, оно лишь усиливалось с каждой секундой. Что-то было не так, и самое поганое – я не знала, что именно.

Оставаться в кровати больше не имело смысла. Я поднялась и отправилась в ванну. По пути отметила, что вещи разбросаны. Это само по себе уже было непривычным. Свою выстраданную квартиру я держала в чистоте. Старалась убирать всё на свои места. Любовно по три раза в неделю протираю пыль на тех поверхностях, до которых дотягивалась. Намывала санузел. Словом, вещи не на своих местах – уже повод для беспокойства.

Но настоящий шок был впереди. Я вошла в ванну и застыла, увидев своё отражение в зеркале.

Это… что за ерунда? Откуда у меня на скуле пожелтевший, заживающий синяк? А ссадина на подбородке? Тоже уже почти зажившая, но… Я не помню, чтобы падала где-то, и уж тем более ни с кем не выясняла отношения.

Я не поняла! Что вообще происходит?!

Скинула ночную сорочку и принялась считать ссадины и синяки, коих на моём теле оказалось не мало. Сбитый до синевы локоть, кровоподтёк на плече, пара ссадин на животе. Нет, все они выглядели не так уж и страшно. Будто от роду им было не меньше двух недель. Вот только сам факт их обнаружения на мне вызывал желание использовать русский и могучий язык, так сказать, на полную мощь. Так, чтобы у соседей уши в трубочку свернулись. Да что там соседи! Чтоб весь район впечатлился моими познаниями!

Откуда! Откуда, мать моя женщина, взялось всё это великолепие?! Я, что, побывала в лапах домагателей-садистов? Так почему я не помню, бездна меня забери?!

Бездна…

Всего лишь одно слово заставило голову взорваться жуткой болью. Такой, будто мне прямо в темечко гвоздь забили. Да не один.