– И ты тут особо не «моекай»! Скоро тут все наше с Иркой станет, а терпеть тебя в своем доме мы не станем!

– Ложь все это! Бабушка сказала, что больше вам ключи не даст, после того как вы с теткой из дома все что можно вынесли, продали и пропили! Верни ключи и выметайся сам и тех, кто там еще с тобой прихватывай! – Влада требовательно протянула ладонь и мотнула головой, указывая на выход.

Мужик злобно сверкнул в мою сторону глазами и нагло выпрямился, демонстративно засовывая ключи обратно в карман.

– Че, думаешь, если хахаля подцепила, не успев из дурки выйти, так уже и смелая? Так мои дружки ему сейчас моментом рога пообломают и тебе навешают за неуважение к старшим.

 – При этом сам родственничек хоть и ухмылялся нахально, но попятился и оглянулся, явно собираясь звать подмогу. – И не стой тут с протянутой рукой, больная, я по пятницам не подаю!

Этот жирный боров заржал чрезвычайно довольный своей шуткой, а я решил, что наслушался, и с меня, в принципе, хватит. Резко, но аккуратно отстранив с дороги Владу, я дал ему по пузу, отчего его смех моментально стал придушенным бульканьем, и парой отточенных за годы движений уложил эту тушу на пол с заломленной рукой.

Нежданный родственничек заерзал и заскулил, но особых попыток скинуть меня со спины и не сделал. Похоже, его насквозь пропитое и оплывшее тело было просто не способно на достойное сопротивление.

– Прошу прощения, Влада, – пробормотал я, заламывая вторую руку и сковывая их наручниками, выуженными из заднего кармана. – Надеюсь, ты не против, если я поприветствую твоего родственника соответственно его поведению?

Влада хоть и смотрела немного грустно, но возражать не стала.

– Я не против, и он мне не родственник! – повторила она.

– Сука! – завизжал мужик подо мной. – Какая же ты сука, как и мамаша твоя!

А вот это уже вообще лишнее было! Ублюдок тут же заработал совершенно случайный удар лицом об пол. Из разбитого носа потекла кровь, и сопротивление на время совсем затихло.

– Кто еще в доме? – спросил я, поднимая голову этому уроду за его редкие засаленные волосы.

– Друзья мои, – ответил он, дезориентировано глядя в стену перед собой. – Колька и Серега!

– Что-то не спешат они тебе на помощь, – усмехнулся я, поднимаясь и прислушиваясь к звуку, очень напоминающему звон стаканов.

 – Видно, не до тебя.

Очевидно, от удара об пол поверженный немного подзабыл, зачем привел группу поддержки, но сейчас опомнился.

– Мужики! Наших бьют! – истошно завопил он, пытаясь перевернуться, и зашипел уже мне: – Ты погоди, козлина! Сейчас тебе и сучке этой трындец придет.

– Годю, конечно, – кивнул я, доставая телефон и набирая номер нашей дежурки, и стал рядом с побледневшей Владой. – Не нужно нервничать, Влада, но на улицу выйти стоит.