Наша база выдала результат: обнаруженная на трупе Ирины Киселевой ДНК принадлежит некоему Славскому Сергею Николаевичу, двадцати лет, неоднократно задерживавшемуся за сексуальные домогательства и нападения на женщин с целью насильственного склонения к сексуальной близости.

– Вот уж правда – наконец-то! – пробормотал я. – А имя-то не изменил.

– Двадцать лет! – повторила Влада еле слышно.

– Да уж, ранние все сейчас стали, – подтвердил я и обратился в Саньку, продолжавшему сверлить меня неприязненным взглядом: – У тебя для меня все, или есть еще что-то?

– По делу – все, – недобро прищурился он.

– Я вас в кабинете подожду, Антон, – торопливо сказала Влада, едва я обернулся к ней.

– Ну и какого хрена происходит? – набычился я на Санька, уже не считая нужным сдерживаться в отсутствие Влады.

– Это ты мне скажи какого, Чудо! Экстрасенсов потрахиваешь? Я думал, ты поумнее! – практически оскалился Крюков в ответ. – Или ты, наоборот, очень сильно поумнел и решил-таки начальству угодить?

При всей моей всегдашней симпатии рука так и дернулась ему врезать.

– Санек, ты не забылся? Тебе, может, почаще среди живых людей тусить, тогда будешь помнить, что в чужие личные дела нос совать чревато неприятностями, а иногда и тяжкими телесными?

– Чудо, личное в принципе и личное на работе – это, как говорится, две большие разницы! – огрызнулся эксперт. – Ты хоть немного башкой, которая сверху, подумал, прежде чем член в эту Владу совать?

– Ты удивишься, но я всегда это делаю, вне зависимости от того, кто партнерша! – ответил в тон ему.

– То есть ты совершенно осмысленно переспал с ней и не особо скрываешься, зная, что этого и хотел шеф, прикрепляя ее именно к тебе, потому как все в курсе, какой ты у нас мастер в короткие сроки баб на спину опрокидывать? – Крюков с силой подвинул какой-то журнал с записями, с другого конца стола на кафельный пол посыпалось что-то. – Или вы с ним совместно этот план по дискредитации этой госпожи Арифеевой продумали? В таком случае смею заявить, что я не знал, что ты за человек, Чудинов.

– Ты за тем, что говоришь-то, следи, Крюков! – рявкнул я, выходя из себя.

– А я и слежу! А теперь в твоем присутствии буду делать это еще тщательнее, а то мало ли что! – Санек отвернулся, будто видеть меня больше не мог, и вытащил из кармана халата пачку сигарет.

– Может, уже прекратишь? – попытался я хоть немного внести конструктивности в этот идиотский разговор.