Когда я его брала, у меня мелко дрожали руки. Я могла только надеяться, что он не догадается о моих планах.

— Спасибо, — пробормотала я, прижимая документ к груди.

Не поднимая взгляд на Витю, я взяла объемную и тяжелую сумку и пошла в прихожую, планируя втиснуть в нее хотя бы пару кроссовок.

— Я возьму, — Марк оказался рядом и перехватил мою сумку, тут же пару раз приподняв в руке, словно взвешивая, и удивленно приподнял бровь.

Я закусила губу, боясь от него хоть какого комментария, и смело опередила босса:

— Возьму еще спортивную обувь. Вдруг побегать захочется?

Марк промолчал и кивнул.

Я уходила от своей жизни в новую молча, даже не попрощавшись с мужем. Я просто боялась, что он остановит.

В машине босс бросил водителю, чтобы вез в отель, и отвернулся от меня, уставившись в окно. Я тоже молчала, не зная, что и как будет с Марком теперь. Судя по всему, он не собирался оставлять меня себе еще на неделю.

В отеле босс сразу отнес мою сумку в соседнюю спальню и бросил на кровать. Он неуловимо изменился. В нем не было больше заигрывающих ноток, ни попыток сблизиться. Я понимала потерю интереса Марка ко мне.

— По поводу секса, — неуверенно начала разговор я, — мне бы хотелось, чтобы вы… ты… чтобы ты предохранялся.

— Секса не будет, — отрезал Марк.

— Ч-что?

— Потому что я не трахаю овечек, идущих на заклание.

Он резко вскинул руку, а я инстинктивно прикрыла голову и съежилась, но удара не последовало.

— Вот поэтому. До вечера буду в компании, можешь разобрать вещи и заказать сюда доставку еды.

Босс стремительно ушел, но почти сразу же вернулся:

— И никуда не исчезай. Не хватало мне еще с твоим мужем разбираться.

Только тогда он ушел окончательно.

Я выдохнула, вдруг осознав, что все еще в одежде, в которой одевалась в клуб, от которой уже попахивает. Срочно душ, зубная щетка, свежее белье, а потом можно и подумать. Похоже у меня впереди неделя каникул.

Но мысли отрезвили еще в душе. Если босс не хочет меня больше, то и отпустит раньше. Значит, с интернатом надо решать быстрее. Я должна поговорить с Марком вечером и попросить отпустить меня в течение дня на работу, пока он сам в компании.

Ближе к обеду я позвонила Екатерине Валерьевне, директору интерната и моей понимающей начальнице.

— Я бы хотела получить расчет, — попросила я, но она похоже уловила в просьбе неуверенность.

— Наташенька, что-то случилось?

— Пока нет, но может, — слабо улыбнулась я, сворачиваясь на постели клубком и поправляя сползший тюрбан из полотенца. — Чтобы не подводить вас, хотела бы заранее…

— Ерунда какая, ты меня и не подведешь! Зато знаешь, что на освободившееся бюджетное место сразу с десяток своих да наших найдется, обратно уже принять не смогу.