Матвей не приедет меня встречать, но это и понятно, он с двумя маленькими детьми, какая ему выписка?"

"Соседки по палате во всю фоткаются с моим букетом, выкладывают фото и видео в соцсети, под видом того, что это им подарили такие роскошные цветы. Прощаюсь с товарками. Берусь за сумку, хватаю букет. Жалко оставлять его. Вдруг это подарок Зарецкого?

– Маша! – окрикивает меня из коридора знакомый голос.

Глава 38

Оборачиваюсь, из-за букета не сразу могу разглядеть кто именно меня зовет.

– Давайте свою сумку. Вам тяжесть нельзя поднимать, – быстрым шагом ко мне подходит Савелий Игоревич Броневой.

– Вы? – удивляюсь я, – Что вы здесь делаете?

Босс отбирает у меня вещи. Признаться, так мне идти гораздо легче.

– Я приехал забрать вас отсюда.

– Вот как? – смятена я таким заявлением. – Не стоило. Я могла бы и сама. На такси. Да, и как вы узнали про выписку?

– Ну это было несложно, – усмехается Савелий. – Вот сюда, проходите, садитесь. Букет можете на заднее сидение положить.

– Цветы, ваших рук дело? – догадываюсь я.

– Просто хотелось побаловать красивую девушку, – мило улыбается босс.

Савелий садится за руль белоснежной «бэхи» последней модели. Машина новая, красивая, внутри приятно пахнет кожей и парфюмом. Броневой заводит мотор.

– И все же к чему такие почести? – не могу понять я.

– Вы – красивая девушка. – ухмыляется Савелий. Выезжает из парковки, включает музыку.

– Вы теперь будете каждую красивую девушку забирать из больницы лично? – подкалываю я его.

Ну не верю я в чудеса. А потом, его слова о моей красоте смущают меня. После больницы я выгляжу не лучшим образом, беременность вытягивает из меня все соки, плюс я постоянно была под капельницами, на гормональной терапии. Душ я конечно приняла, но ни грамма косметики, равно как и прически на мне сейчас нет. В общем я, в нынешнем состоянии отнюдь не предмет вожделения для мужчины.

– Нет, Маша, только вас.

– Что все это значит, я не пойму. Зарецкий вас попросил?

Савелий темнеет ликом, взгляд его потухает.

– Нет, Кирилл Демидович в Германии. Ему провели сложную операцию. Ему сейчас не до поручений.

– Он… будет жить? – сердце сжимается от подобных известий.

– Да. Врачи сулят ему хороший прогноз. Но пока он должен оставаться там, под наблюдением.

– Тогда кто же вас послал ко мне? – недоумеваю я.

– Никто не посылал.

Ну тогда я вообще ничего не понимаю.

– Вы мне нравитесь, Маша.

– Э-э-э, в смысле?!

– В прямом. – усмехается мужчина.

– Вы ухлестываете за мной? – нет, это даже не смешно. Он точно рехнулся!

– Называйте это как хотите! – уходит от прямого ответа Савелий.

– А вы вообще в курсе, почему я две недели провела на больничной койке?

– Ну да, – пожимает плечами мой непосредственный босс. – Я забрал вас из роддома, где вы лежали на сохранении.