— Остались формальности, — туманно ответила я. — Как только я предъявлю поверенному доказательство выполнения оговоренных в завещании условий, наследство вступит в силу.

— Что за условия? — всегда интуитивно подмечавший самую суть, Хок сейчас смотрел на меня в упор и был серьезен, как никогда, видимо, догадываясь, что условия были не простой формальностью.

— Потом скажу, — жалея нервы и психику своего друга, я подумала, что о ребенке ему, как и парням, пока знать рано. Пробирка с анализом мой крови была установлена в лабораторный бокс, и на этот раз я была просто уверена, что результат окажется положительным.

 — Ты мне лучше скажи — ты со мной или нет?

— Агни, я с тобой с первых дней легиона, — нахмурился Хок. — И я помню те времена, когда у нас с тобой в желудках за целый день не было ничего, кроме чашки кофе и тюбика синтетической бурды и то, как мы брались за любую работу, чтобы свести концы с концами, и то, как по крупице копили на наш стрэйнджер, и как спали всего по несколько часов за три крама… И после всего того, через что мы с тобой прошли, ты спрашиваешь, с тобой ли я?

— Прости, — я прикусила губу, сглатывая застрявший в горле комок эмоций.

 — Чувствую себя невестой у алтаря.

— С чего бы это? — удивился друг.

— Ну как же? В горе и в радости, в болезни и в здравии… Твой ответ прозвучал почти так.

Хок фыркнул и сокрушенно покачал головой:

— Пока смерть не разлучит нас, детка. Раньше избавиться от меня у тебя не получится. А куда мы, кстати, летим? Что у нас за заказ?

— У нас нет заказа, — улыбнулась я. — У нас незапланированный отпуск.

На Фаэртоне нас ждала тяжелая и ответственная работа.

У меня были грандиозные планы по реструктуризации Спаркс Гэлакси и ее производства. Потому впервые за столько лет я хотела дать своим ребятам передышку. Мы ни разу нигде не отдыхали вместе, и один-два крама на Ципре погоды не делали, зато предоставляли возможность провести вместе незабываемые дни.

— Что это еще за аттракцион невиданной щедрости? — насторожился Хок.

— Не обольщайся. Я с вас потом три шкуры спущу. Хочу, чтобы мы все отдохнули перед долгим и очень серьезным делом.

Стрэйнджер вышел в воздушный фарватер, и мы с Хоком, придав кораблю ускорение, вывели его в открытый космос, улыбаясь друг другу и предвкушая полет.

* * *На Ципру мы добрались, когда на ее южном полушарии только начинался день. Огромное светило яркими лучами серебрило поверхность нашего звездолета, а внизу туманные шапки облаков дымной кисеей висели над изумрудными пиками вулканических гор, у подножия которых плескался бирюзовый океан, накатывая белой пеной на золотой песок, красные камни и наклонившиеся над водой причудливые деревья.