Я опытный врач, имею научное звание, вес, авторитет, но на пятки наступают сорокалетние доктора. А я уже не молода, опасаюсь потерять прекрасное место в «Диагностике». Поэтому не распространяюсь о дружбе с Пискуновым и никогда никому не рассказываю, что часто заглядываю в аптеку в Табаско. Я управляю самой современной аппаратурой и вроде должна с предубеждением относиться к целителям. Но столько раз становилась свидетелем того, как обреченный на скорую смерть пациент, обратившийся к ним, неожиданно вопреки прогнозам выздоравливал, что поняла: медицина пока далеко не все знает. Надо быть справедливой и признать – возможно, существуют люди с необычными способностями. И народные средства подчас весьма действенны…

Дегтярев сложил руки перед собой, как школьник за партой.

– Ну, как тебе эта речь?

– И тут не обошлось без ее любимого словечка «справедливой», – поморщилась я.

– Миша обратил внимание на то, что Гарибальди его постоянно повторяет, – кивнул Александр Михайлович. – Алевтина Валерьевна не обмолвилась ни про тестирование омолаживающего средства, ни о супругах бизнесмена.

– А ты полагал, что она тут же покается налоговому инспектору: «Убиваю жен Морозова экспериментальными таблетками»? – хмыкнула я. – Вот уж не ожидала от тебя такой наивности.

Полковник надулся.

– Ладно, сейчас сообщу самое важное обстоятельство, которое может разрушить вашу с Раисой версию. Действительно, Оксана Петрова воспитывалась Алевтиной Валерьевной. Девушка погибла от рук насильника, Гарибальди испытала мощный стресс. Анна Голикова сказала тебе правду, она попала в психиатрическую клинику после попытки самоубийства и провела в палате пару месяцев. Этот факт своей биографии Гарибальди тоже не афиширует. Да оно и понятно почему – мало найдется людей, желающих попасть на прием к врачу, который лежал в сумасшедшем доме. И все же документы хранятся на полках, если захотеть, их можно отыскать. Но!

Дегтярев сделал паузу.

– Убийцу Оксаны вычислили. Делом занимался следователь Михаил Реутов, я соединился с ним, чтобы выяснить некоторые подробности. А Михаил Львович огорошил меня сообщением: «Очень хорошо помню дело Петровой. Не было никаких зацепок, кроме найденной кредитки. Помог случай. Тот же мерзавец напал вскоре на Ольгу Зарецкую и здорово просчитался – девушка выглядела Дюймовочкой, но профессионально занималась боевыми искусствами, работала личным охранником, поэтому скрутила насильника и передала полиции. Негодяй, ошарашенный таким поворотом событий, признался в убийстве Петровой. Я вызывал к себе Гарибальди, чтобы рассказать о поимке преступника, однако та лежала в психушке, ко мне пришла сестра Оксаны. Я сообщил ей подробности, предупредил, что ее могут вызвать в суд.