В районе часа ночи он просыпается, хватается за бритву, нож, любой острый предмет и пытается лишить жизни себя. Он не социопат, не психопат, у него другие проблемы. Я бы никогда не стала покрывать серийного убийцу. Смерть Ларисы я сочла несчастным случаем, кончина Валерии была… ну… вроде как опровержением поговорки про снаряд, который дважды в одну воронку не попадает.

– А Ирина с Натальей? С ними как? – уже без прежней агрессии спросила я.

Марго прижала руки к груди.

– И Грушину, и Брускову перед тем, как знакомить их с Григорием, я отвела на обследование. Они были здоровы!

– Тем не менее у первой оторвался тромб, а вторая погибла от аневризмы аорты, – протянула я.

– Свертываемость крови могла нарушиться уже после похода в загс, – возразила Настина. – А с Наташей я допустила ошибку, не проверила ее голову на томографе. А аневризма потихоньку зрела в мозгу.

– Думаю, Илону вы просветили насквозь, от макушки до пяток, – предположила я.

– Конечно! – с жаром подтвердила психолог. – Ни малейших отклонений, идеальное здоровье. Но с Илоной иная ситуация. Эта девушка резко отличалась от других заместительниц Яны. Я спросила себя: «Ну почему Грише так патологически не везет?» И нашла ответ! Разыскивая очередную «Яну», я всегда обращала внимание на девушек с очень неблагополучным детством и прошлым, одиноких, без родственников и друзей. Понятно, почему я так поступала? Представим на секунду, что у Ларисы есть любящая мать. Дочка расскажет ей о моем предложении сыграть роль Ковалевой, и как отреагирует родительница?

– Можете не объяснять очевидное, – остановила я собеседницу. – Вам требовались женщины, готовые на все ради личного благополучия и чтобы ими удавалось легко манипулировать.

– И я подумала вот о чем, – продолжила Марго. – Что, если сытая, полная удовольствий и любви жизнь провоцирует развитие болезней?

– Оригинально, – хмыкнула я. – Обычно-то наоборот: нищая, наполненная тяготами жизнь вызывает нелады со здоровьем.

Настина побарабанила пальцами по столешнице.

– Вы не поняли. Вспомните известный факт: во время Отечественной войны люди не болели ни гриппом, ни простудой, не страдали от сердечных болезней, даже аппендицит у них не воспалялся. А почему? Все силы народ бросил на Победу, некогда было хворать. А после разгрома фашизма последовал всплеск инфекций, участились инфаркты, инсульты. Произошло расслабление – и пожалуйста, вылезли болячки. Вполне вероятно, что Лариса, Валерия, Ирина и Наташа слишком много пережили ранее, а в браке с Морозовым постоянное напряжение спало, и вот вам инфаркт, инсульт, тромб, аневризма аорты. Я решила отыскать девушку моложе Яны из приличной, просто не очень обеспеченной семьи, сироту. У Илоны была хорошая, хотя и одинокая мама.