А ведь, казалось бы, чего еще желать вчерашней детдомовке? С жиру, что ли, бешусь?

В Телегу падает сообщение от отца. Напоминает про юбилей. Хочет видеть. По-хорошему, надо быть. Потому как, ну сколько еще можно бегать? Смешно, четыре года дома не была. Какого черта? Все давно в моей душе утряслось. Обиды, и той не осталось. Да и было ли на что мне обижаться? Все мы идем на сделки с совестью, когда дело касается чего-то важного. В этом отношении мотивы Матиаса мне более чем понятны.

Сейчас, спустя годы, даже мой ночной побег кажется больше глупостью, чем драмой. Чудо, что из этого что-то вышло.

Я же в никуда уходила. Сначала была Корея, Штаты уже потом. А о том, каким был мой первый раз с Сашкой, и вспоминать не хочется. Не потому что было плохо, нет. Все дело в мотивах, которые руководили мной, когда я переступила порог его тесной квартирки. Ведь можно было и подождать, но… Казалось, если Сашка меня не трахнет, я задохнусь под обломками рухнувшей самооценки. Это было неловко, стыдно и суетливо… Но он очень меня хотел. А мне всего-то и нужно было почувствовать, что я действительно желанна. Хоть для кого-то.

Отталкиваюсь ногой от пола. Проезжаюсь в кресле по кабинету, закрыв глаза. Останавливаюсь у зеркала. В Корее, не побрезговав деньгами отца, я сделала пластическую операцию. Мне поправили губу и восстановили нос. Так что можно сказать, на крохотную часть своего наследства я все же наложила лапу.

Теперь из зеркала на меня смотрит вполне обычная девушка. Смешно, да? Я никогда не мечтала стать красавицей. Все, чего я хотела – стать такой, как все. И с виду даже стала. Другое дело, что внутри я до сих пор инвалид. Ага… Человек с ограниченными возможностями быть счастливой.

Боже, как я завидую людям, способным находить счастье в мелочах! Искренне улыбаться баристе в кофейне, болтая с ним ни о чем… Или плакать от переполняющих чувств, когда закат особенно красив. Почему я так не могу? Почему меня не отпускает прошлое? Почему у меня не получается отделаться от мысли, что я недостойна того, что имею? И это тоже когда-нибудь закончится. Неужели все дело в той истории с Матиасом? Может, он мой незакрытый гештальт? Я же так и не посмотрела ему в глаза, отделавшись коротким сообщением, которое выслала ему уже из самолета.

Зачем-то открываю приложение-агрегатор авиабилетов. Ввожу крайние точки маршрута, даты. Присвистываю. Двадцать семь часов в пути в лучшем случае… О цене билетов вообще молчу. Стоит ли оно того? Я не знаю.

Так ничего и не решив, выхожу из офиса, прощаюсь с охранником – стереотипным темнокожим здоровяком с кобурой на ремне, которого и не разглядеть под свисающим пузом. Беру свой велик и еду домой. Местность здесь холмистая, что немного напоминает родину. И океан под боком.