И я даже не ощущала вины за то, что не рассказала ему правды. Оправдывая себя тем, что раз ничего непоправимого не произошло, то и говорить не о чем.

Господи, да вернувшись к себе в тот день, захлопнув дверь и накрывшись с головой одеялом, я даже билеты гуглила. Все равно куда, главное – на ближайший рейс. Но потом все же взяла себя в руки, дав время все по уму спланировать. А теперь вот… Опять все с ног на голову.

Смотрю в голубые глаза Матиаса и не могу поверить, что это со мной происходит. И так странно – вмиг неважным становится все, кроме него. Даже то, что по отношению к Сашке это будет совсем уж свинством.

Я не могу объяснить своих чувств. Это абсолютное помешательство. Будто вся любовь, что жила во мне и не находила выхода, устремилась к этому не самому лучшему, если начистоту, мужчине. И я не могу ничего с этим сделать. Только подчиниться потоку, который тащит меня за собой, в надежде что так, подчинившись судьбе, смогу в нем не раствориться.

А ведь на самом деле я так этого боюсь! У девочек, выросших вне семьи, обычно как бывает? Они либо совсем любить не умеют, либо, и это происходит гораздо чаще, до того в этой самой любви нуждаются, что без мужика ни дня не могут прожить.

И от этого ты сначала становишься неразборчивой, а потом – полностью теряешь себя. Понять это мне ума хватает, а вот не допустить повторения такого сценария в собственной жизни… Не знаю. Насколько здорово то, что происходит со мной? Может, любовь только такой и может быть?

Растерянно опускаю взгляд на длинные пальцы, нахально потирающие мои соски. Он касается твердых наверший, теребит, и мое удовольствие проходит вибрацией по невидимым струнам, сходящимся в одной раскаленной точке внизу живота.

Сумасшествие. С Сашкой так не было. Трясу головой и, собрав в кулак остатки воли, выпаливаю:

– Нет.

– Что?

– Нет. Я тебя совершенно не знаю. Зачем нам торопиться? Мы можем… – Матиас сгибается и осторожно сжимает мой сосок зубами. – Мы можем… Аа-ах…

– Что?

– Встречаться. Как все нормальные люди. А потом… Если у нас получится… Подумать о чем-то более серьезном.

Какое-то время он продолжает лениво посасывать мой сосок. Потом медленно отстраняется, так же медленно возвращает на место бретельки лифчика и застегивает рубашку.

– Ч-что ты делаешь?

– Исполняю твое желание. Ты хотела встречаться?

– Д-да, – ошалело хлопаю глазами.

– Тогда куда нам спешить?

Матиас бросает на меня странный взгляд, будто и впрямь не понимает! Мне его огреть хочется. Он же просто издевается надо мной, разве нет? А я даже ничего ему не могу предъявить, потому что это, похоже, тот самый случай, когда мои слова использовались против меня же.

– Ну да… – мямлю.

– Тогда до завтра? Мне еще поработать надо. – Матиас кивает на лежащий на тумбочке планшет.