Вопьется стекло в пальцы, будешь полгода лечиться. Фу, ну и пахнет тут! Похоже, вода в цветах совсем протухла!

Я послушалась Асю и, надев резиновые перчатки, прибежала назад, но жена академика, словно подпитываемая энергией вечной батарейки, уже успела все убрать и вымыть пол. Окно было открыто, запах гнили исчез, на Свету свекровь положила еще одно одеяло. Мне опять стало страшно, ну где же врачи? И тут со двора послышались голоса, залаяли собаки. Ася побежала открывать дверь. Я села на кровать и забормотала:

– Ну-ну, все хорошо…

– Вася, – неожиданно четко произнесла Светлана, – это она! Мстит теперь, да! Сгорели! Все! Да! Она! Неля Смешкина, Смешкина, Смешкина, из-за нее! Ее надо… ее… Неля Смешкина, Неля… Неля… Она всех убила, и меня, и Васю!

– Сюда, скорей, – раздался голос Аси.

Я вскочила на ноги. Врачи в голубых халатах окружили постель, началась обычная в таких случаях суета.

Через полчаса белый фургон, отчаянно воя, унесся по направлению к Москве. Мы с Асей остались сидеть на кухне.

– Надо было поехать с ней, – запоздало спохватилась я.

– Чем же мы поможем? – мрачно отозвалась Ася. – Инфаркт! Да еще обширный.

– Ну… за руку просто подержать, – забормотала я, – медсестрам заплатить, нянечкам, чтобы лучше смотрели, знаешь ведь, как у нас!

– Мы прикреплены к частному медучреждению, – пояснила Ася, – за большие деньги. «Скорая» прибыла из этой дорогой клиники. Там сделают все, что только возможно. Тебе надо разбирать вещи, а мне пожарище… Ну чем мы Свете поможем сейчас? Приедем вечером…

– Ася, – громогласно позвал Лев Яковлевич, – Ася!

Моя собеседница, оборвав фразу на полуслове, кинулась на зов. Я села у окна и тупо уставилась на темно-зеленые елки. Инфаркт! Надо же! Он что, может случиться и в молодом возрасте?

– Ну и что произошло с фифой? – ехидно спросила, входя на кухню, Ольга. – Какая болячка на этот раз подкосила нежную розу?

– Света часто болеет?

Оля включила чайник:

– Да она здоровей молодого быка! Вот прикидывается гениально, а мама, дура, ей верит. Впрочем, Асю обвести вокруг пальца – раз плюнуть. Ведется на все, сразу хлопотать начинает. «Отдыхайте, отдыхайте, вам вредно волноваться, сама полы помою, кашу сварю». Просто слушать противно. На ней ездят, а мама улыбается! Светка хитрая! Вдова! Эка невидаль! У многих мужья умирают, и что теперь? Вслед за ними в могилу лезть? Жизнь-то продолжается. Можно опять свадьбу сыграть и завести нового мужа!

– Может, Светлана до сих пор любит Васю, – тихо сказала я, – бывают такие женщины, им нужен всего один мужчина.

– Насчет одного мужчины ты перегнула, – ухмыльнулась Ольга, наливая себе чай, – вот у меня подруга двоих выперла за хамство и лень.