— Ты собираешься уходить от нас? — спросил лекарь обеспокоенно.

— Ни в коем случае! — заверила я. — Просто хочу сократить количество рабочих часов. Если можно, я бы хотела работать три дня в неделю с обеда до вечера.

Последние годы в старом мире у меня никого не было, и я отдавала работе всю себя. Долго думала над тем, как организовать свою жизнь и пришла к выводу, что если буду рвать жилы, успею еще меньше и быстро выгорю. Мир не изменить за месяц, это будет длиться годами. Эти годы я и буду трудиться: вдумчиво, упорно и неторопливо. Изучать и подстраиваться, незаметно меняя действительность.

— Конечно, как скажешь. Ты ведь собираешься замуж, да?

Я кивнула. А еще Истен намекнул, что скоро меня ждут перемены в Академии, и для занятий потребуется чуть больше времени. Так и не удалось выбить из него, что это за новшества, но было жутко любопытно. Неужели решил нагрузить дополнительными лекциями?

Я прекрасно понимала, что получаю магическое образование в “урезанном” виде. Было много пробелов и белых пятен. Если что-то сложное типа исцеления выгоревших источников получилось освоить самостоятельно, то в некоторых простых повседневных вещах я была почти беспомощна.

— Рад, что ты вернулась живой и здоровой, — внезапно расчувствовался старый лекарь. — Зато теперь я жду от тебя подробный отчет в письменном виде! Моим практикантам будет полезно узнать, как в наше время проводятся противотифозные мероприятия.

Пообещав составить отчет в ближайшее время, я отправилась навестить своих маленьких пациентов. Меня охватило волнение. И чем ближе подходила к палатам, тем сильнее оно становилось. Теперь мальчики и девочки жили раздельно, сначала я отворила дверь в палату девочек и замерла на пороге.

Лилит и Марни поддерживали здесь идеальный порядок, приучая к нему и маленьких подопечных. Книги ровными рядами стояли на полках, игрушки громоздились в коробках. А девочки были увлечены рисованием под руководством Лилит. Ее белый передник с крестом был забрызган зеленым, но она не обращала внимания на пятна.

Заметив меня, дети побросали кисти и бросились обниматься. Сейчас и я превращусь в пятнистого леопарда, но ничего, это все мелочи.

— Ты знаешь, они так изменились. После этих, как их там, ментальных вмешательств они стали поживее и повеселее, — заметила женщина серьезно, когда толпа девчат слегка угомонилась. — Просто не узнать. Раньше рук не хватало, некому было уделять им внимание, да и Родеус не подпускал никого из нас. Дети жили дикарями без книг, без нормальных игрушек, без общения с ровесниками. Про театры даже речи не было! Все на них махнули рукой.

— А будет еще лучше, Лилит.

— Дай-то Всеотец и Пресветлая Матушка! — она покачала головой и улыбнулась, потрепав по волосам маленькую Келли.