— Радует, что у вас есть начальные лекарские навыки. Это может помочь.

Я твердо решила, что буду хватать все, что позволят. Чем больше практики — тем лучше. И тем больше я потом смогу сделать для детей. В лечебнице “для сирых и убогих” меня ждут не каждый день, нейт Родеус выдал табличку с расписанием дежурств. Значит, свободное время займу работой. Наконец-то появился четкий ориентир, и я поняла, куда держать путь.

И может, если получу доказательства нечистоплотности нейта Родеуса, смогу на него пожаловаться.

— Благодарю за все, нейт Глациус. Тогда я пойду.

— Какие у вас планы на ночь? — поинтересовался он, чуть склонив голову.

Я замерла и глупо моргнула. Что?

— Спрашиваю, какие у вас планы? Можете отправиться в первый магический госпиталь, я выдам пропуск, — глаза мага лукаво сверкнули. — Обычно трудиться ночами адепты ленятся, поэтому сейчас вокруг кураторов не будет толпы. Самое то для вольнослушателя. Но это если есть желание.

О да, желание у меня было. И немалое!

Глава 17

Первый магический госпиталь встретил белыми стенами и стерильной чистотой. Я показала пропуск с печатью декана, мне выдали халат, так похожий на медицинскую одежду из нашего мира, и сменную обувь.

Я спросила у молодого мага-целителя, к кому мне можно обратиться, и он повел меня по коридору.

— Я провожу вас к нейре Лемберт, это одна из наших кураторов. Она занимается с адептами и вольнослушателями, — пояснил терпеливо.

Магичка, довольно молодая женщина с острым взглядом, осмотрела меня оценивающе, а потом процедила сквозь зубы:

— Ладно. Посмотрим, что вы из себя представляете. Следуйте за мной. Говорить и задавать вопросы будете только тогда, когда я разрешу.

Не люблю, когда мне мешают.

Я мысленно фыркнула, но кивнула согласно. Все-таки маги жуткие зазнайки.

Декан упоминал, что каждый пациент или его представитель подписывал согласие на присутствие адептов и позволял практиковать навыки на себе, когда попадал в этот госпиталь. Многих это пугало, поэтому они предпочитали лечиться по старинке, у знакомых лекарей.

Несмотря на ночь, здесь было многолюдно и шумно. Целительница выполняла свою работу, не обращая на меня никакого внимания. Чувствовать себя невидимкой было не слишком приятно, но что поделать, спасибо и за это.

Она справлялась о самочувствии больных, водила руками, подсвеченными бледно-голубым светом над их телами, то кивая, то хмурясь.

Вот нейру Лемберт позвали к восьмилетнему мальчику, которого только что привезли родители. Я следовала за магичкой неотступной тенью. В маленьком кабинете под светом магической лампы на кушетке лежал ребенок, он повернулся на правый бок, подтянув колени к животу. Бледный, мальчик хныкал и морщился от боли.