Вино слегка пьянит, убаюкивает. Глоток за глотком —отдых среди бесконечной суеты, как короткое затишье перед бурей.

— Мило, мило, — улыбается Цезарь, глаза его прищурены от удовольствия. — Продолжай, дорогая, а ты, — указывает он другой девушке, сидящей позади, — расчеши мои волосы.

Но вечер вдруг прерывается: дверь распахивается, и в зал стремительно входит легат легиона Жаворонков — аналог русской Охранки, служба силовиков, ближайшая к Цезарю.

— Ваше Величество!! — восклицает он, торопливо падая на колени и склоняя голову. — Прошу прощения! Срочное известие! На Капитолий напали!

Цезарь в шоке, роняет бокал, и алое вино расплёскивается по шелковым подушкам.

— Капитолий⁈ На жрецов⁈ — выдыхает он, ошеломлённо выпрямляясь. — Как такое возможно? Кто посмел?

Цезарь стряхивает головой, скидывая полупьяное расслабление. Нападение на Капитолий — это вовсе не простая прогулка. Жрецы очень сильны. Для такой дерзости нужна переброска гвардейцев и легионеров с других баз. Но все дворянские базы под строгим контролем… Никто не может просто так собрать войска и переместить их в сердце столицы. Жаворонки бы сразу узнали о марше войска.

Он бросает быстрый взгляд на гетер, которые испуганно замерли в тени.

— Вон, все! Пошли прочь! — цедит Цезарь, и женщины спешат покинуть комнату, по привычке качая бедрами.

Жаворонок поднимается с колен и, собравшись с духом, произносит:

— Это русские, Ваше Величество. Граф Вещий-Филинов.

Цезарь резко вздёргивает брови, не веря своим ушам:

— Мальчишка⁈ Как⁈ Откуда у него столько людей? Или он осмелился напасть со своей жалкой горсткой?

— Нападающих не меньше трёхсот, — добавляет Жаворонок, и зала заполняется гнетущим молчанием.

Цезарь, ошеломлённый, вцепляется в пропитанные вином подушки.

— Яйца Юпитера! Этот мальчишка-телепат обвёл нас вокруг пальца! Где он прятал всю эту ораву⁈ И как вы это умудрились проморгать⁈ — Он обжигает Жаворонка взглядом. — Да вы не Жаворонки! Вы — петухи и курицы!

Легат покорно склоняет голову, сдерживая оскорблённую гордость, и молчит. Цезарь, не выдержав, добавляет:

— Немедленно провести чистки! Убрать всех ленивых и слабых! В казематы их!

Легат почтительно склоняет голову.

— Как прикажете, Ваше Величество. Но что нам делать с Капитолием?

Цезарь замолкает, напряжённо обдумывая происходящее. Непоправимое уже свершилось. С одной стороны, эта ситуация может сыграть ему на руку: Филинов способен устранить коварного скота Юпитерского, и это избавит его от потенциальной угрозы. Но с другой стороны, столь дерзкое нападение русских в самом сердце Рима — это удар по репутации самого Цезаря. Капитолий — один из священных столпов Империи, и теперь он под чужеземной атакой.