Только по нему, хотя я не видела владельца, можно было определить, кто из говоривших по-настоящему обладал властью.

– Стандартно. Александра с нетерпением ждала встречи с вами. Поблагодарила за столь высокую честь, – тон моего сопровождающего был наполнен сарказмом.

– Да неужели? – усомнился хозяин кабинета.

– Проходите, – Илли заискивающе захлопала красивыми глазками, подманивая меня длинными пальчиками.

Я медленно выдохнула и сделала несколько шагов, переступая хромированную полосу на каменном полу.

– Александра Черных, – представил меня тезка. – Тер Трейман Легарт, – выпалил скороговоркой и поспешил уйти.

– Спасибо, Эстен, – поблагодарил дракон.

– Эстен? – повторила я, провожая мужчину взглядом. – Но… – остаток фразы я проглотила.

– Простейший психологический ход, милая тьяра. Ты с радостью доверилась, услышав мое имя, – лжец подмигнул и вышел, закрыв за собой дверь.

Я, в очередной раз неуместно улыбнувшись, подняла голову на Треймана Легарта. Того, кто, кажется, лишен сердца и малейших моральных принципов. Но не лишен привлекательной внешности.

– Проходи. Присаживайся, – приказал он. Именно приказал. Ни намека на просьбу.

– Спасибо, – пробормотала я.

Я впервые видела дракона.

Мужчина.

Очень высокий и широкоплечий. Не встречала таких на Земле.

Одет как человек. Брюки, рубашка, ботинки. Волосы темные, короткие, на левом виске серебристая прядь, и сомневаюсь, что это седина. Прямой нос, яркие брови, красивые губы. Как картинка из телевизора. Теперь я понимала, почему многие женщины восхищались драконами.

Он дождался, когда я опущусь в жесткое кресло, и после заговорил:

– Ты читала условия договора?

– Читала. Они мне не подходят, – сказала, глядя прямо в глаза, темные и очень выразительные.

– Я не торгуюсь, Александра. Ты их или принимаешь, или нет, – он говорил спокойно, но отчего-то мне слышалась злость. – И не тратишь мое время.

– Не принимаю. Извините, – добавила тихо.

Интересно, он сам понимал, насколько ненормально выглядел договор? Не просто выносить его ребенка, но и отдать после рождения. Отказаться, забыть навсегда о малыше. Оставить в городе под небом и никогда его больше не увидеть.

– Тогда ты можешь идти, – дракон указал мне за спину.

– Вы меня отпустите? Вот так просто?!

– Ты думаешь, я стану тебя уговаривать? – спросил он с открытым пренебрежением на лице.

– Нет, что вы… я… – я замолчала, проглотив никому не нужные оправдания.

Дракон больше не смотрел на меня. Забыл о моем существовании за мгновение. Отошел от письменного стола, налил стакан воды и медленно пил.

– Извините, – повторила, поднимаясь.

Несколько метров по глянцевому полу дались невыносимо сложно. Тело не слушалось. В груди неприятно жгло, словно я совершала самую большую ошибку.