– А ночью ездить не надо, спать надо – на хребте или в оазисе. Ночью пески убивают.

Джабир повернул в нужную сторону, увлекая отряд за собой. Он затянул какую-то грустную песню, кони недовольно месили копытами песок, тревожно фыркая. Наконец, он остановился, и все следом за ним придержали лошадей. Ждать «прилива» пришлось недолго. На этот раз все выглядело менее угрожающим: золотая волна, поднявшаяся со стороны пустыни, показалась меньше, и, омывая остров, она хлынула вперед, как равнинный речной поток, без вскипания и бурления.

А пока отряд наблюдал за течением ожившего песка, Джабир неприметно толкнул колено Рика и глазами показал на восток, где в небе виднелось какое-то затемнение, похожее на серое пятно.

– Саробан? – с надеждой в голосе спросил он.

Всегда внимательная Берта насторожилась, Нокс, нахмурившись, обернулся.

– А что такое саробан? – беззаботно спросил Бруно.

– Иногда в пустыне можно увидеть то, чего нет, – проговорил Рик, продолжая вглядываться в серое пятно. – Оазис, колодец, море... Такие обманчивые видения называют «саробан»...

Джабир отрицательно покачал головой. Резкий ветер вдруг дохнул в лицо, швыряя в глаза колючий песок и поднимая желтые клубы под ногами коней.

– Это не саробан, – наконец проговорил он, закрывая локтем лицо. – Это – гроза, Альтарган! Бежать надо!.."

"Бруно растерянно захлопал глазами, Клыкастый нервно вцепился коленями в бока своей лошади. Нокс принялся вертеть головой, пытаясь сообразить, в каком направлении лучше двигаться.

– Серые горы, – уверенно заявил Джабир. – Там пещер много, в любой укроемся. Если постараемся обогнать грозу, мы успеем!

– Годится, – согласился Рик. – Только бы прилив быстрее закончился...

– А что, здесь грозы очень лютые? – оторопело спросил Бруно.

– Помнишь, ты спрашивал, бывает ли что-то страшнее приливов? – проговорил побледневший Рик. – Так вот, грозы – гораздо страшнее!..

Наконец, песок снова стал сухим и сыпучим, и Рик с Джабиром погнали вперед. Поначалу лошади вязли, спотыкались – но потом удалось отыскать хребет, и уже там, понукая усталых лошадей, кое-как смогли разогнаться как следует. Все с тревогой смотрели вперед – но ничего, кроме бескрайних песчаных просторов, взору не открывалось. Если бы не Вальд, который, не используя магию, ориентировался по старой памяти, Рик заволновался бы, что они ошиблись с направлением. Но на самом деле просто знойное марево отражало само себя точно так же, как отражало и солнце, выдавая иллюзорную картинку за истину. Несколько раз впереди возникало видение большой черной тени, словно группа людей в темных одеждах ехала отряду навстречу, но буквально через несколько мгновений оно развеивалось.

А со спины все сильней наступала гроза.