– Шумно-то как… Если вдруг что-то не срастётся – без глушителя пристрелят, никто и не почешется…»

В зале людей было поменьше, но практически все столики оказались заняты, кроме одного, у самой кухонной двери.

С противоположной стороны двери, у раздачи, заседала наша лихая троица. Зять, как увидел их, от удивления разинул рот и замер на месте.

– Ну и что нам теперь – у двери садиться? – пересиливая Круга, крикнул я, упреждая возможные инсинуации.

Зять пасть захлопнул, но продолжал пялиться на троицу. Его можно было понять: позавчера он видел парней после вечернего душа, бритых и в новых «комках».

А в настоящий момент хлопчики были облачены в рваные, засаленные донельзя технические комбезы, которые и самый чмошный солдат-первогодок надеть постеснялся бы, с ног до головы перемазаны в мазуте и обуты в стоптанные кирзовые сапоги с неровно обрезанными голенищами. Как их в таком виде сюда вообще пустили, ума не приложу! Видать, целый час у соседей в утильсырье ковырялись, прикид выбирали…

– Пошли на улицу, подождём – может, место освободится! – Я опять хлопнул зятя по плечу – неча глазеть, ты их вообще в первый раз видишь!

– Зачэм на улицу? – Кухонная дверь распахнулась, в проёме возник облачённый в поварской халат мужлан на протезе, отдуваясь и вытирая передником потное чело.

Хозяин заведения – Ибрагим. Личность, известная во всех подряд кругах. – Для харощий чэлаэк мэст всигда ест! Пащли, пасажю самы харощий мэст…

Проходя по кухне, я скоренько впитал обстановку: ранее бывать не доводилось, следовало сориентироваться. Просторное помещение, жарко как в бане, два окна под решётками, окно раздачи, плиты, жаровни, четыре двери: входная, в зал, в кладовку – открыта, видны стеллажи, коробки, безразмерный холодильник (трупик запросто можно спрятать).

И наконец дверь в «кабинет» – напротив кладовки.

В кабинете оказалось неожиданно прохладно. Небольшое зарешечённое окно распахнуто, шторку треплет ветерок… Стол, четыре плетёных стула, сервант, в углу раковина, медный кувшин для омовений.

Хозяин прикрыл массивную дверь – стало тихо, как в погребе…

– Вижу «рафик», – пискнул в ухе Иванов. – Заезжает в развалины гастронома. Внимание…

«Ещё не поздно удрать… – мелькнула предательская мысль – что-то мне вдруг стало тут неуютно.

 – Или спровоцировать Ибрагима на драку и раньше времени устроить шум…»

– Как сидэт будим? – Ибрагим достал из передника замусоленный блокнот и огрызок карандаша. – Обэд проста? Или сабсэм гулят многа, лей-пей, тудым-сюдым?!

– Вот – посылка, – завёл некстати майор, нервно похлопав по пресловутой коробке. – У нас с собой… нам немного выпить, ну, пива, что ли…

– Зачэм пасилка? – сверкнул зрачками Ибрагим.