— Откуда мне было знать, что при проведении экспертизы была допущена ошибка?

Я обернулся к призраку:

— Мастер Привалов мог знать о том, что образец неверный?

Сеченов покачал головой:

— Это мне неизвестно. Экспертизу заказала княгиня Шуйская.

Я вздохнул и обернулся к председателю комиссии и уточнил:

— У вас есть вопросы к свидетелю?

— Нет.

— Мастер Привалов? — обернулся я к нотариусу.

Тот ненадолго задумался, а затем мотнул головой:

— Нет, Павел Филиппович.

— Благодарю вас за то, что поведали нам правду, — сказал я Сеченову и оборвал нить, питающую Сеченова.

Тот растаял в воздухе.

— Марина Афанасьевна, я не понимаю, как эти показания, которые по заявлению Павла Филипповича, были важными для разбирательства, могут повлиять на решение вопроса? — обратился Привалов к председателю комиссии.

— Действительно, Павел Филиппович, — согласилась с нотариусом Львова. — эти… показания могут помочь нам в разбирательстве и установить виновность Петра Андреевича?"

"— Это доказывает, что завещание, которое заверил мастер Привалов, недействительно, — ответил я.

Нотариус усмехнулся:

— Какое отношение это имеет к текущему разбирательству, Павел Филиппович? — уточнил он, и в его голосе мне послышалась издевка.

 — Для этого существует процесс обжалования завещания. И установления виновного, если документ был составлен с нарушением закона. Мое дело было простым: заверить завещание.Что я и сделал.

Я промолчал. И Привалов произнес, обращаясь уже к председателю:

— Эти доказательства беспочвенны и абсурдны, Марина Афанасьевна. Если это все…

— У меня есть еще один свидетель, — добавил я со значением.

— Еще один призрак из лаборатории, который ничего не скажет по существу? — ехидно уточнил Привалов, но я проигнорировал этот вопрос, выжидающе глядя на главу комиссии.

А внутри меня клокотала злость.

— Марина Афанасьевна, мне нужно ваше разрешение на призыв еще одного свидетеля.

— Сначала ответьте на вопрос Петра Андреевича, мастер Чехов, — холодно произнесла председатель.

— Нет, этот призрак не из лаборатории, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно.

— А откуда? — продолжал любопытствовать нотариус.

— Из конторы Петра Андреевича Привалова, — ответил я, обращаясь к Львовой.

 — И я могу вас уверить, что она способна пролить свет на это дело.

— Она? Хорошо, мастер Чехов, — согласилась Львова. — Но если комиссия в самом начале допроса посчитает, что ваш «свидетель» тоже ничего не скажет по существу, вам придется его отозвать.

Я кивнул. Сжал пальцами лежавшую в кармане склянку, напитывая предмет силой, и призрак проступил в зале. При виде ее нотариус заметно побледнел.

— Как вас зовут? — быстро начал я.

— Надя Павлова, — ответила призрак.