– Вы спрашиваете меня – кто такой Головацкий и что могло в нем заинтересовать бандитов, последние двое суток слегка нарушающих покой жителей Холмска. – Сейчас его как раз никто не спрашивал, но таков уж был Кряжин. – И я вам отвечу, ибо вы не захватили меня врасплох. Но вначале я хочу спросить всех, кроме Сидельникова, потому что о нем я знаю все, – какое образование вы имеете, господа? Начнем с вас, Желябин.

Уже начинающий привыкать к выходкам советника начальник «убойного» отдела Холмского ГУВД поведал, что у него два высших образования, военное и юридическое.

Сказал, что окончил омское высшее военное общевойсковое командное училище и юридический факультет Томского государственного университета, однако совершенно не понимает, какое отношение к делу это имеет.

– Не беда, что не понимаете, – успокоил его следователь.

Мацуков, тот загружался по юридической специальности в Свердловском юридическом институте, когда Свердловск был еще не Екатеринбургом, а слово «институт» не так позорно. Сейчас на Урале Екатеринбургский университет, но на образованности новых следователей это никак не сказалось.

С Георгиевым все было просто. Он учится на юрфаке челябинского вуза, но перед этим закончил два курса электротехнического университета. Через два года понял, что призвание его не усовершенствовать двигатели летательных аппаратов, а искать по белу свету преступный элемент, и перевелся, пока еще не зашел в познаниях слишком глубоко."

"– Стало быть, до специфического курса лекций о сопротивлении материалов вы не дошли. – Советник глупо (как показалось Желябину) рассмеялся и стал прикуривать очередную сигарету.

 – Но я, человек любопытный не по своей воле, а в силу должностных обязанностей, был вынужден заняться тем, что не перевариваю со студенческой скамьи. Вы спрашивали меня, майор, есть ли у меня медицинское образование. И я еще раз отвечаю вам – нет. Нет и аграрного, однако теперь я с первого взгляда отличаю мягкие сорта пшеницы от твердых и даже в состоянии определить процент клейковины. Так что, если выгонят из Генпрокуратуры, отправлюсь агрономом в Гурьяново и, смею вас заверить, подсижу отмороженного Сидельниковым Семена Семеновича за два месяца.

Еще я ориентируюсь на рынке ценных бумаг. Так что, если грянет гром и мой фрегат под звездами советника юстиции даст течь, буду торговать акциями.

Так вот, после того, что я сказал выше, никто, надеюсь, не заподозрит меня в том, что я совершенно ничего не понимаю в тугоплавкости металлов и создании сверхпрочных материалов?..

После «высвобождения эцетилхолина в синапсах нервных клеток» Желябин был готов поверить во что угодно.