Ажуров пообещал себе, что непременно оставит на ней свой след. И на покатом плече, которое скрывало кружево платья. И на дорожке позвонков, убегающих вниз. Там тоже он отыщет несколько мест, куда прижмется своим ртом, как только они окажутся за закрытыми дверьми спальни. Степан знал миллион мест на теле Ягушки, в которые хотелось впиться ртом, дышать ароматом ее кожи, пробовать на вкус. И он точно знал, что помимо обещанных своей Ягушке откровенных ласк, он зацелует каждый миллиметр ее тела.

Высотка, в которой располагалась уютная квартира Степана, уже появилась на противоположной стороне проспекта, и Ажур привычно свернул на светофоре в нужную сторону. Шлагбаум, ограждающий территорию комплекса от вторжения посторонних водителей, был непривычно поднят. Ажуров, оставив машину на обычном месте, вышел из салона. Мужчина решил пока не будить Ягушку, а перекинуться парой слов с консьержем. Заодно и развеяться хоть чуть-чуть, иначе он точно набросится на девчонку еще в лифте. Слишком он соскучился по ней.

Вдыхая полной грудью ночной весенний воздух, Степа шел к подъезду. Встретив курившего на крыльце Максима Романовича крепким рукопожатием, Степан решил стрельнуть сигаретку. Курить не особо хотелось, но отчего-то Ажуров не торопился возвращаться к машине за уснувшей Ядвигой. Он стоял на ступенях, ведущих в дом, курил и смотрел на очертания Ягушки, видневшиеся через боковое стекло. Каких-то пятьдесят метров разделяли их. Но и это расстояние казалось чудовищным. Однако Степа словно изводил себя, нарочно испытывая свою выдержку на прочность.

Сигарета была докурена, и Степа шагнул в сторону машины. Его внимание целиком и полностью сосредоточилось на девчонке, которая проснулась и сонно терла глаза ладонями. Ажуров шел, не спеша, позволяя Ядвиге окончательно проснуться и медленно сбросить оковы сна, потому что он не собирался позволить ей спать и минуты в эту ночь. У него были грандиозные планы, и мужчина собирался все их осуществить.

Ядвига, открыв дверь, спустила ноги на прохладный асфальт. Увидела Степана, зевнула, улыбнулась, зябко обхватила себя руками. Ажуров вдруг застыл, наблюдая, как лунный свет играет с ее волосами. Волшебная девочка — именно такой она казалась сейчас. Волшебная и чарующая. Она точно заколдовала его, намертво привязала к себе.

Ядвига сделала шаг навстречу, потом еще один. На ее губах блуждала легкая загадочная улыбка. Она видела только своего Кружавчика, замершего в паре десятков метров на тротуаре у самой стены дома. На парковке было непривычно мало машин, и Яга могла сократить расстояние между ней и любимым, пройдя по проезжей части. В ее шагах была легкость, почти невесомость. А в голове настойчиво бились сотни колокольчиков, точно напевая: «Этот мужчина только твой!».