Он только для меня — тот жар, я знаю. И снова накатило счастье. Вам и делать ничего не нужно — сама увидела, сама прочла. Еще несколько последних дней я буду наслаждаться этим сном здесь, во дворце, вместе, с Вами, прежде, чем с нырну головой в тот черный омут…

Расселись вокруг каменного стола. Я оказалась между Мексой и Анхельмом, и те, не сговариваясь, взяли меня за руки. Напротив император Нердес, решительный, хмурый, ни тени прежнего благодушия. Похоже, права унвартка: Империя крепко задумалась над тем, продлять ли договор. Сейчас он выгоден коварной Самаконе, Империи не очень.

Его супруга Анневьев все так же приветлива и кротка, но бросила несколько беспокойных взглядов на мужа, тоже почувствовала неладное. Если Империя откажется от договора, то что?.. Она ведь сможет объявить войну, а это для всей страны удар. Война — это страшно. Это голод, это кошмар любого, бессмысленные смерти. Надеюсь, не дойдет.

Один Аландес среди своих сидел расслабленно, кривил усмешку, в глазах читалась плохо скрываемая радость. А ты чему радуешься, принц?

Впрочем, шах Джемрен тоже не походил на человека, сильно озабоченного результатом встречи. Уверенный, улыбчивый. Но если я все верно поняла со слов Мексы, то он должен быть взволнован больше всех. Договор, в первую очередь, нужен Самаконе. Те не хотят войны. По крайней мере, не открытой. Их устраивает текущее положение дел. Тем более, Лес больше дружен с нами, с Империей. Но он был так спокоен, словно уверен — впредь все останется так же, а то и лучше будет. И договор останется. Что-то припрятал в рукаве?

Нет, наше дело с Хельме молчать и не отсвечивать, мы здесь случайные фигуры. Перед правителями по толстой стопке листов в бархатных папках, в центре стола песочные часы. Минут на двадцать по моим прикидкам; видимо, с последней песчинкой и прекратится старый договор, наступит время для подписания нового. Все торжественно молчали.

— Время на исходе, — глубоким голосом астарх нарушил застывшую тишину. — Начнем же. В присутствии верховной жрицы Скогена-Хозяина, незримого владыки Леса, чью волю клан унвартов несет через века, я, астарх без имени…

— Мой друг астарх, — перебил его мягко шах. — И ты, мой друг Нердес. Пусть время на исходе, но еще не вышло. И старый договор еще действителен. А по нему каждый из нас вправе просить исполнить прописанное в заверенных богами строках. Отказ равен предательству священных клятв, все мы об этом знаем. И о последствиях отказа тоже…

— Джемрен? — потяжелел взгляд императора. — Чего ты хочешь?

Все замерли, боясь издать лишний звук, ловя их слова. Словно воздух сгустился. Глухому стало бы ясно — что-то происходит.

— Всего лишь одну мелочь. Крошечный пустяк.