Мы с ним продолжили уничтожать содержимое тарелок, запивая всё это ароматным чаем и следили за действиями Валеры, который осторожно развязал мешок и начал извлекать оттуда предметы одежды. Свои находки он ещё и комментировал.

— Во, кошелёк есть. Документы на имя Лисина Александра Викторовича. Простите, господин Лисин, и спасибо большое. Ого! И денег тут немало, почти тысяча рублей!"

"— Не большое наследство, но тоже неплохо, — хмыкнул Обухов.

— А тут в кармане ключи лежат, от квартиры наверно, — сказал Валера и потряс в воздухе небольшой связкой. — Ну если он был одинокий, значит и квартира теперь ничья?

— Это мы с Белорецким выясним, — сказал я. — А то может тебе и жильё искать не придётся.

— А это уже неплохое наследство, — вставил Обухов.

— Ещё бы адрес знать, — пробормотал Валера, повертел ключи на пальце и спрятал в карман.

В нагрудный карман сюртука ушёл кошелёк. Ну и правильно, он же этому телу принадлежал. Как-то неприятно внутри, называя телом бедолагу Лисина, который так странно ушёл.

— Адрес мы тоже узнаем у Белорецкого, — сказал я, — такая информация у них должна иметься.

— Тогда поехали к нему, — заявил Валера, сложив вещи обратно в мешок и закинув его на плечо.

— Вот он, шустрый! — хохотнул Обухов. — Сядь поешь лучше, успеешь!

— Наверно мы и правда лучше поедем, — сказал я, взглянув на Валеру. У него явно подгорало побыстрее во всём разобраться.

— Ну, как знаете, — махнул рукой Обухов. — Девочку ко мне привезти не забудь по возможности.

— А почему вы ей так заинтересовались? — решил я спросить. — Хотите, чтобы она создала для вас личный портал?

— Зачем он мне нужен? — удивился Степан Митрофанович. — Мне и здесь неплохо. Мне просто интересно, что она ещё умеет, а то может пристроим её в хорошее место.

— Например? — заинтересовался я.

— Вот Михаил Игоревич из Крыма вернётся, тогда и видно будет.

— В спецслужбы? — искренне удивился я. — Шестилетнюю девочку?

— Ой, вот не надо сейчас! — Обухов вытянул руку ладонью вперёд. — Тогда я пятилетний мальчик!

Мы попрощались с Степаном Митрофановичем и пошли к машине. Наличие Белорецкого в кабинете я всё же решил проверить и позвонил секретарю. Снова повезло, Павел Афанасьевич был у себя, но через час должен уехать. Должны успеть.

Главный полицмейстер Санкт-Петербурга оказался не в курсе, что я подружился с призраком.

— Я всё хотел у тебя спросить, правду люди говорят про призрака или нет, да всё не до этого было, — улыбнулся Белорецкий, с интересом разглядывая Валеру. Кажется, я впервые увидел, как он улыбается. — Так мало того, что это правда, вы ещё и нашли способ сделать его человеком. Прошу простить меня, Валерий Палыч, что говорю о вас в третьем лице, просто немного в растерянности.

— Я вас прекрасно понимаю, — кивнул Валера.