— Я, пожалуй, с Кузьмой Никитовичем поделюсь.

— Давай его сюда, — сказал я. — Держись за мою руку.

Обратно в госпиталь мы вели Валеру с Настей вдвоём. Ветер поугомонился, и мы топали неспеша, болтая о разном.

— Послушайте, ребята, — сказал Валера, когда мы вошли в фойе нашей клиники. — Вы всё-таки придумайте что-нибудь по поводу Марии. Бог её знает, чем её депрессия закончится, а вдруг она со зла начнёт разносить этот мир в щепки? Мы же понятия не имеем, что умеет боевой маг в том мире. Да и вообще, жалко девчонку.

— Та прав, Валер, — сказал я, помогая ему снять пальто и повесить в шкаф. — Я сейчас позвоню Панкратову, он для неё сейчас самый близкий человек. Мы вместе что-нибудь придумаем.

— Это дело, — кивнул Ваера. — Виктор Сергеевич человек с опытом, душу человеческую тонко чувствует. Ну и привет ей от меня передавайте.

— А может ты с нами? — спросил я.

— Не, ребят, мне сейчас похода в ресторан хватило, уже устал, как собака. Буду теперь валяться и восстанавливаться. Надеюсь, перепёлки и кабанина впрок пойдут.

— Ну, тогда спокойной ночи, — пожелал я.

— Ага, спасибо, — улыбнулся Валера. — Сейчас вот книжечку почитаю и баиньки.

Мы попрощались с Валерой и вышли из госпиталя на улицу. Не сговариваясь, прошли мимо моего микроавтобуса и неторопливым шагом двинулись вдоль набережной Фонтанки. И я и Настя периодически набирали в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, но в итоге так никто и не решился. Неловкую тишину прервал звонок Панкратова. Я сам собирался ему позвонить, а теперь, увидев его имя на экране телефона, не на шутку встревожился.

— Что-то с Марией? — с ходу спросил я, ответив на вызов.

— Слава Богу, пока ничего нового, — ответил он. — Хандра и сопли в подушку. Сильно загрустила девчонка, но оно и понятно. Ты там сейчас сильно занят?

— Да не особо, приехать?

— Было бы неплохо, — сказал Виктор Сергеевич, даже немного оживился. — А то с ней за компанию и я сейчас прокисну. А так пока только мой кот её хоть немного спасает, с попугаем они общий язык не нашли, разве что только непечатный.

— Мы скоро приедем с Настей, — пообещал я за двоих, даже не спросив её мнения. — По пути в кондитерский заедем, тортик — это лучший антидепрессант.

— И лимонадов каких-нибудь прихвати, — хмыкнул он. — Они усиливают эффект.

— Обязательно, — сказал я. Потом обратился к Насте: — ты не возражаешь?"

"— Нет, — сказала она, улыбаясь и положила голову мне на плечо. Холодным мартовским вечером мне теперь стало намного теплее.

Глава 19

По пути к Виктору Сергеевичу мы с Настей заглянули в полюбившуюся мне кондитерскую, купили знаменитый вкуснейший и очень нарядный тортик и корзинку разных пирожных в придачу. Антидепрессантов хватит на всех с избытком, особенно если учесть, что мы неплохо поужинали и много не влезет.