Есть какие-то интересные новости?

— Ну, смотря что, для тебя будет интересным…

— Как там Док? Как остальные?

— Все в норме, поправляется. У других тоже все хорошо. Таких как мы лечат по усиленной программе — лошадиные дозы витаминов, улучшенное питание, отдых и сон. Организм на выживании приучен, восстанавливается очень быстро. Ну и лечение чуть другое.

— Ничего не проходит даром. Организм не вечный. Изнашиваемся мы тоже гораздо быстрее! — скривился я. — Чудес в природе, к сожалению, не бывает.

— Согласен, не без этого! — кивнул Кэп, затем пожал плечами. — Но иначе никак. Сами согласились, выбор у вас был. Я предупреждал, что будет тяжело и еще раз тяжело. Если бы тогда, перед началом обучения вы бы отказались, то сейчас тухли бы где-нибудь в своих частях, где ничего интересного не происходит. Зато жалели бы всю жизнь, что сделали неправильный выбор. Война когда-нибудь закончится, потом начнется другая. А после этого все вернуться домой и там нужно будет как-то жить… Кстати, пока сюда летели, на северо-западе Афганистана отмечена повышенная активность душманов. Последние три дня там чуть ли не ежедневно происходят постоянные вылазки и прорывы границ — духи совсем оборзели. Пограничники не справляются. Авиация там все утюжит днем и ночью, но сверху вроде все видно, а достать не всегда можно. Район очень сложный, чертовы горы…

— Знаю, был там. Пришлось немного пострелять, — я вспомнил то время, когда впервые столкнулся с душманами, спасая женщин геологов и военного советника.

— Макс и та воинская часть, в которой ты ранее проходил срочную службу, теперь расформирована. Личный состав обоих рот переведен по разным частям округа, офицеры тоже.

Новость меня никак не расстроила.

— И что там теперь? — поинтересовался я. — Территория брошенная стоит?"

"— Не знаю. Наверняка комитет свои пограничные войска туда уже определил. Чего зря добру пропадать? А по поводу операции «Фарватер» я тебе уже говорил, командование нами очень довольно. В честь этого, завтра будет награждение. Ты в том числе.

Я пропустил это мимо ушей — все, что касалось наград, меня не шибко волновало. Это просто блестящие побрякушки, несмотря на то, что некоторые медали серебряные. А уж афганские — тем более. В прошлой жизни, мое отношение было точно таким же, да и сейчас, по большей части, именно из-за влияния знаний из будущего, я придерживался того же мнения. К тому же, как это ни прискорбно, но носить афганские ордена уже не существующей страны, будет не модно. Да и другие ордена тоже, потому как дойдет до того, что многие награды просто обесценятся. И сделают это намеренно. Как бы грустно это ни звучало, но такова реальность.