— Значит так, Люб, — начал Сергей деловым тоном, портили который только озорные искры в его тёмных глазах, сверкающие даже в темноте, да руки, нагло шарящие по ее спине, — Во-первых, с Егоровой было, да. Один раз полгода назад на новогоднем корпоративе. Было зря, честно признаю. Во- вторых….

Люба в этот момент опять дернулась в его руках, желая отстраниться, но Соболев крепко держал.

— Во-вторых, — повторил строже, подчеркивая, что уйти не позволит, — Всё равно узнают ведь о нас, Люб. Что ты мечешься? Успокойся.

— Расскажешь, что ли? — нотки обиды делали Любин голос выше и звонче, придавая ему какую-то щемящую трогательность.

— Зачем? — Сергей искренне удивился.

Провел ладонью по напряженной женской спине вверх до самой шеи, убрал светлую прядку за ухо, погладив нежную мочку. Заговорил примирительно и тихо.

— Сами увидят…Ну, не сегодня, так завтра, послезавтра, через неделю, месяц…Не слепые же.

Люба замерла, похоже, постепенно осознавая смысл сказанного. Сергей улыбнулся и, пока думает, поцеловал в запрокинутую к нему шею. Шелковая какая…И пахнет, м-м-м…Повел носом вдоль беспокойно пульсирующей сонной артерии, собирая аромат.

Его левая ладонь инстинктивно сжалась крепче, комкая на узкой талии тонкую ткань платья, пальцы огладили пышную задницу. Такой контраст…Если сзади смотреть, когда трахаешь, точно идеальным сердечком будет…Мысленный образ, такой яркий и пошлый, задрожал на сетчатке, не желая исчезать…

— Что, прямо и через месяц будет, что увидеть, Серёж? — вкрадчиво поинтересовалась Любовь Павловна. Вроде и насмешливо, но…

— М-м-м? — Сергей уже не слушал, толкая её к двери.

Чертыхаясь, не с первого раза вставил ключ, резко провернул.

— Такие далеко идущие планы? — Люба улыбнулась, пристально смотря ему в глаза и вопросительно выгибая бровь.

— А у тебя? Что, думала попользовать меня одну ночь и оставить плакать, Любовь Павловна? — зашептал Сергей Любе на ушко, вталкивая её в темноту коридора, — Не выйдет…

— Да я и не… — залепетала Вознесенская, податливо отступая.

— Ну вот и отлично, что ""не"". Я тоже ""не"", — весело подытожил Сергей, захлопывая за собой входную дверь. Его улыбка стала почти хищной, — Ну что? Продолжим?

* * *"

"Люба пристроила голову на мужском плече и рассеянно повела пальцами по волосатой груди, чертя ломаные линии и цепляя темные волоски.

В комнате было так тихо. Лишь их мерное дыхание, едва уловимый шелест занавесок на открытом настежь окне, приглушенное стрекотание сверчков на улице и набегающий звук волн большого озера, задевающий самый край сознания. Влажные остывающие тела липли друг к другу, но вставать и идти в душ казалось преступлением. Так и лежали, рассеянно разглядывая спальню в густом полумраке.