Любины пальцы сами собой зарылись в короткие влажные волосы на его затылке, помассировали кожу головы, чуть оттянули за пряди, потом наоборот надавали, заставляя углубить поцелуй. Как же это приятно- касаться. Хочется ещё и ещё…Подушечки зудели от тактильного кайфа, когда второй рукой она провела по мужским плечам и спине, обводя каждую выступающую мышцу. Поймала ощущение рассыпающихся мурашек на его коже. Соболев рвано выдохнул, отстранился и поцеловал её в шею. Горячо и мокро, широко лизнув языком и втянув в себя чувствительную кожу.

Люба прикрыла глаза, шумно дыша и дурея от всего.

От пальцев, все быстрее двигающихся внутри нее, от того, как сладко ритмично сокращается из-за этого лоно, требуя большего и выделяя смазку. Как мужские губы и язык проходятся по шее, ключицам, груди, оставляя за собой пылающие влажные дорожки, согретые тяжелым сбивчивым дыханием Сергея. Возражения таяли, мозг плыл, и бедра сами подавались навстречу, потираясь и прижатый к ним член. Где-то на краю сознания маячило, что это полный дурдом, и что она-не-такая, но примерно там же вспыхивало, что когда ещё представится возможность пережить такое эротическое приключение, а не-такие пусть дома сидят…

Во внутреннюю борьбу вперемешку с чувственно-тактильным экстазом вмешался хриплый голос извне.

— Люб, презервативов, как ты понимаешь, нет, — заявил Сергей.

— Так может тогда не надо? — пропищала на это Вознесенская и сама расстроилась.

— Надо, Люба, — Соболев в этом вопросе был неумолим, даже голос чуть повысил. Правда потом гораздо глуше и как будто себе добавил, — Смерти моей хочешь…"

"И потянул вниз резинку боксеров. Высвободившийся горячий член тут же вжался в нежную кожу Любиного живота, и внутри нее вспыхнуло таким жаром, что даже кончики ушей начали гореть.

Между ног болезненно сжалось от желания почувствовать его в себе. Кому нужны эти презервативы…И потрогать тоже захотелось. Люба не стала себе и в этом отказывать, и быстро просунула руку между их телами. Чуть не заурчала от удовольствия, когда пальцы сомкнулись на дрогнувшем в ладони крупном стволе с отчетливым рисунком вен. Быстро провела по всей длине, сжала тугую головку. Вот вы какой, Сергей Иванович…Губы сами собой расползлись в неосознанной улыбке. Желание соединиться загорелось лесным пожаром и становилось нестерпимей с каждой секундой.

— Я аккуратно, — глухо пообещал Сергей, прикусывая ее шею и инстинктивно толкаясь в ладонь, потом насмешливо, — И быстро, наверно…

— Давай уже, — забормотала Люба недовольно, чувствуя, как в промежности зудит от неудовлетворенности.

На это Сергей обхватил одной рукой её затылок и снова поцеловал. Развязно и глубоко погружая язык в рот, и одновременно толкаясь членом в лоно.