Его сестра Мереуин была блондинкой, с сияющими кудрями цвета спелой пшеницы и тонкими чертами лица, деликатно очерченными скулами, маленьким подбородком, красивым ртом и огромными, чуть раскосыми темно-синими выразительными глазами, в глубине которых поблескивали золотые искры, хотя они с легкостью принимали разнообразнейшие оттенки, от зелени до лазури, в зависимости от ее быстро как ртуть меняющегося настроения. Впалые щеки, гладкие надбровные дуги и тонкий аристократический нос выдавали ее нордическое происхождение, предательски обнаруживавшееся едва ли не в каждом поколении Макэйлисов с тех пор, как первые викинги высадились на побережье Шотландии, оставив след в смуглом кельтском народе.

В свои семнадцать лет Мереуин не видела другого мира, кроме того, что лежал за надежными стенами замка Кернлах и открывался перед ней во время редких поездок с братьями по делам в Глазго и Инвернесс. Она получила прекрасное домашнее воспитание и считала долину Гленкерн чудеснейшим местом на земле. Стройная и красивая захватывающей дух утонченной нордической красотой, столь редко встречающейся на Северо-Шотландском нагорье, Мереуин, как частенько подчеркивал ее брат Малькольм, отличалась необычайно изменчивым нравом и страстной жаждой жизни, которую он находил крайне утомительной.

– Неужели мы не можем просто спокойно прогуляться верхом? – спросил Малькольм, поправляя шапочку, съехавшую на ухо во время бурного галопа, в который его увлекла сестра.

Мереуин улыбнулась, и на ее мягкой щечке образовалась ямочка.

– Ох, да не причитай ты, как старуха! Нынче первый по-настоящему теплый весенний день! Чем же еще ознаменовать его приход? Только галопом! – Девушка подставила личико приветливому теплу солнца и широко раскинула тонкие, обтянутые бархатом руки. – Она кончилась, Малькольм, долгая, скучная зима! Ты не рад?

– Нет, – буркнул брат, думая о предстоящей вскоре работе. Несколько недель назад начался окот овец, потом неизбежно наступит очередь стрижки, затем последуют бесчисленные поездки на прядильни в Глазго… – Ты слишком похож на Алекса, – уколола Мереуин, дернув поводья и заставив кобылу бежать быстрой рысью.

Страусиное перо на шляпке беспечно заколыхалось, касаясь раскрасневшейся от ветра щеки девушки.

– А ты на него слишком мало похожа, – добродушно хмыкнул Малькольм."

"Лошади проворно и неустанно мчались вперед, прокладывая облепленными грязью копытами путь вниз по болотистым тропкам, где скоро зацветут мирт и арника.