Не уверен, трахнул бы я его или его сестру. Может, обоих одновременно, если их не смущает, что они видят друг друга голыми."

"Я выхватываю свой телефон из его руки и без единого слова иду к лестнице. Затем беру свою Зиппо и бросаю ее в мгновение ока. Она попадает Николаю в голову — с раненой стороны.

Хорошо. Вижу, мои навыки квотербека не совсем пропали.

Николай хлопает себя рукой по виску и вопит:

— Какого хрена ты это сделал, ублюдок?

Джереми прислоняет голову к дивану и смеется, звук преследует меня, когда я поднимаюсь по лестнице.

Мои шаги бесстрастны, нормальны, но температура моего тела — нет.

Может, мне стоит избить Николая до такой степени, чтобы тетя Рая не узнала его, когда увидит в следующий раз.

Дверь Гарета открывается, и он выходит, держа телефон у лица, на его губах улыбка.

— Вот он.

Он встает рядом со мной и кладет телефон в поле нашего зрения. Мама и папа на другом конце, похоже, находятся в саду.

Там сейчас сумерки, и солнце садится за ними, создавая живописный фон.

Рейна Эллис — красивая блондинка, которую можно увидеть на обложках журналов и удивиться, как, черт возьми, она выглядит на свои тридцать, когда ей уже за сорок.

У нее естественный блеск в голубых глазах, который не унаследовали ни Гарет, ни я.

У моего отца, однако, более жесткий взгляд, и это, вероятно, связано с его родом деятельности и менталитетом «большая рыба ест маленькую рыбу. Скажем так, время хорошо отнеслось и к Ашеру Карсону. У него острые черты лица, которые достались нам с братом, а свои зеленые глаза он передал Гарету. В каком-то смысле мой брат — его копия, как внешне, так и по характеру.

Я — более мрачная версия их обоих.

Паршивая овца семьи.

Автоматическая улыбка тянется к моим губам.

— Привет, мам. Выглядишь отлично, как обычно.

— Не надо этого, неблагодарный сын. Ты не звонил мне уже два дня.

— Я был занят учебой. Ты знаешь, как жестока медицинская школа. Кроме того, — я обнимаю брата за плечи, — Я уверен, что Гарет рассказал тебе обо мне все.

Его улыбка остается на месте, и он даже не напрягается. У нас есть негласное правило, что в присутствии родителей мы идеальные братья.

Я нарушаю это правило, если мне хочется, но Гарет никогда этого не делает.

Ему не все равно.

— Я уверен в том, что ты занят, но звони иногда. — Она вздыхает. — Я все время скучаю по тебе. Может, ты навестишь меня, Килл? Я не видела тебя с лета.

— Посмотрю, как пойдут дела в школе.

— Найди время и навести нас на следующих каникулах, — говорит мне папа — нет, он приказывает мне.

На враждебную энергию я отвечаю еще большей улыбкой.

— Привет, папа. Ты тоже скучаешь по мне?

Я ожидаю, что он поддастся на провокацию, но он улыбается, поглаживая мамино плечо.

— Конечно, я скучаю по тебе, сынок.