Я вскинул брови вверх:

Врач деловито открыл на компьютере запись на данный вид операции:

Глава 26

С трудом переставляя ноги, вышла из поликлиники и села в машину. Тело будто налилось свинцом и слушаться отказывалось. Мужчина в ожидании ждал информации, но я будто в рот воды набрала.

Застыл на месте, будто я сказала «Беременна морским ежом, три-четыре недели». Уставился в окно, и за время поездки до дома оба молчали. Поднявшись в его спальню, я села на кровати и обняла себя, пытаясь унять нервную дрожь. Решиться на аборт тяжело…

Он смотрел на меня, пытаясь подобрать какие-то слова.

Я смотрела на него ненавидящим взглядом.

Опустила голову, чувствуя себя пойманной в ловушку. Я так надеялась, что уже совсем скоро Игорю надоест это всё, и он отпустит меня. Но теперь этому не бывать — ребёнок свяжет нас навсегда, а родить он меня заставит…

Он молча опустил голову, плотно сжав губы. Я закрыла глаза, и пыталась держать себя в руках, но сил уже не было. Внезапно мужчина спустился с кровати и сел прямо на пол у моих ног. Я в удивлении посмотрела на него сверху вниз. Впервые он позволил мне быть выше.

Недоуменно смотрела на него. Что?!

В последнее время действительно что-то изменилось, хоть я и пыталась от этого откреститься. Его нежные ласки всё же разбудили во мне что-то ответное, пусть и до любви было очень далеко. Он мог грубо сказать, но оставшись наедине, становился чутким и нежным любовником. Я думала, что уже никогда не забуду Егора, но с Игорем я узнала, что такое, когда мужчина думает больше обо мне, а не о себе.

Я не знала, что со всем этим делать.

Игорь поднялся с пола, и потянул за собой меня. Теперь он снова оказался выше.

— Я больше не коснусь тебя, пока ты сама об этом не попросишь. Ребёнку дам свою фамилию.

Пусть так. Главное, не чувствовать себя в плену.

Мужчина отошёл, чтобы налить в стакан воды и успокоительного.

Было далеко за полночь. Я сидел в своём кабинете. На столе стояла порядком опустошенная бутылка коньяка и пепельница, полная окурков.

Ну и натворил дел… Всегда думал, что о такой порабощающей страсти только в книжках пишут. Это не она у меня в плену, а я у неё. Скоро она уедет, а плен останется. Я могу заставить её остаться — только зачем? Чтобы ненавидела потом всю жизнь? Пусть уходит.

У нас будет ребёнок — до сих пор не верится… У меня есть взрослый сын, и я никак не ожидал, что стану папой еще раз. Обстоятельства для появления ребёнка на свет не самые радужные, но я всё равно счастлив. От неё будет прекрасный малыш, особенно, если девочка. Очень красивая.

Тяжело отпустить. Очень. Вёл себя как эгоист и всё оттягивал этот момент. Всё же надеялся разбудить в ней ответное чувство. Глупо. Даже власть и деньги не могут поспорить с любовью. Понял, осознал, но уже поздно.