Впервые я готовлю для кого-то за очень долгое время. Хотя, конечно, слово «готовлю» тут слишком громко звучит, но всё же. С папой вот так вдвоем мы года два или три не собирались, чтобы сесть вместе за стол, налить по чашечке чая и поговорить за жизнь. У него всегда были дела поважнее, чем трата времени на такие обыденные мелочи.

— Я спросить хотела, — начинаю, когда моя тарелка пустеет, и я придвигаю к себе большую кружку горячего напитка.

— Говори, дочка, — кивает дед Исай. — Вижу, что вопрос у тебя назрел, а всё мнешься и стесняешься.

— Почему Вы ничего не говорите по поводу моей внешности и… глаз? — чуть наклонив голову вбок, внимательно смотрю на собеседника.

 — Они необычны и некрасивы, но Вы словно этого не замечаете.

— Эх, Аленька. Я слишком долго живу на этом свете, чтобы придавать такое огромное значение внешним данным. Больше привык в душу глядеть. Понимаешь?

Не знаю, как реагировать. Потому умудряюсь одновременно кивнуть и покачать головой, при этом пожав плачами.

Вот уж точно, блондинка, как есть, только седая.

— Душа у тебя светлая, дочка, чистая, открытая на распашку, доверчивая, — выдает лесничий, пристально глядя в глаза.

И при этом не хмурится, и не отводит взор, как Винс, которого раздражала моя внешность. — Но ты — молодец, быстро учишься. Вот и жениха своего бывшего сумела разглядеть.

— Да где ж успела? — всплескиваю руками, хлопая звонко по коленям. — До последнего думала, что он хороший, просто устал, измаялся от навалившихся забот.

— А ты, милая, с другой стороны просмотри. Если бы понимание пришло к тебе слишком поздно, ты сейчас не со мной бы тут чаи распивала, а… даже думать о таком не хочу.

Так что, всё, что ни деется, всё к лучшему, и происходит вовремя. Значит, так надо было, чтобы ты именно в тот момент этого гнилого пня раскусила.

Ага, и нашего супер-альфу повстречала! И волчонка сотворила, плод вечной любви!

Поддакивает Серебрянка, с удовольствием греющая ушки.

Ой, бесстыжая ты хитрая мордочка, теперь при любом удобном случае будешь Райдэна вспоминать и рекламировать, как идеального оборотня?

Хмыкаю про себя, пока отпиваю глоток чая.

А-то ты сама про него не вспоминаешь? Нет, Мия, я — это ты, а ты — это я.

Так что не думай, что я не чувствую, как и ты по нашему истинному скучаешь и думаешь о нем каждую свободную минутку.

Ой, всё, Серебрянка, хватит. Иначе дед Исай не поймет, чего я красная, как перезрелый помидор, сижу.

Глава 23

РАЙДЭН

— Ну, и как тебе завещание?

— Я ожидал чего-то похожего. Потому не особо удивлен. Но желание порвать Винса на десяток маленьких Винсиков, утопить, сжечь, а потом закопать всё равно не проходит.

— Поражаюсь твоей дальновидности, Райдэн. И не в первый раз.