— Я скажу, когда можно будет подняться.

Поскорее бы.

Отвечаю мысленно.

Не понимать ситуации и не видеть, что происходит в такой момент, как сейчас, это словно ослепнуть. Ужасно неуютно и некомфортно.

Меньше чем через минуту после начала движения ощущаю, что машина вновь притормаживает, и я слышу Райдэна, громко и четко отдающего приказы моему водителю.

— Отвезешь документы Рону. Не позднее завтрашнего утра он должен их переправить в банк на наших фирменных бланках.

Явно всё разыгрывается для находящихся тут оборотней.

Понимаю четко, поскольку улавливаю присутствие не менее трех незнакомых мужчин, тихонько переговаривающихся метрах в десяти.

— Понял, альфа. Всё сделаю.

— Головой отвечаешь, — произносит серьезно Грас.

И мне в какой-то момент кажется, что это относится не к папке, которая плюхается на меня сверху и по факту оказывается пустой, а ко мне.

Мия, перестань грезить и вернись в реальность.

Одергиваю саму себя.

Тебя не признали. На этом всё. Так что, вместо глупостей, начинай уже думать о дальнейшем плане действий.

— Понял, альфа, — повторяет Чак серьезно, и машина вновь трогается.

В течение десяти минут, кажущихся бесконечно растянутыми, мы пересекаем весь поселок и подъезжаем к первому рубежу охраны.

Я этого не вижу, но предусмотрительный водитель предупреждает заранее, чтобы была тихой, как мышка.

— Не спеши, я должен уточнить у альфы, — слышу недовольство в голосе незнакомого оборотня, когда Чак просит выпустить машину с территории.

— Ты что-то путаешь, дядя, сегодня день погребения вашего вожака. Поэтому вряд ли ты сможешь что-то у него уточнить.

— Помолчи, сопляк. Много понимаешь в местных порядках, — рыкает охранник, обходя машину вокруг.

Его запах такой резкий и насыщенно-мускусный, так режет обоняние и забивает легкие, что натягиваю плед повыше, чтобы даже щели не оставалось, и прикрываю ладошкой нос, дыша через рот.

Бр-р! Какая мерзость. Еще чихнуть не хватало.

— Пропусти, — раздается голос второго охранника, что говорил с кем-то по телефону.

— Проезжай, умник, — фыркает «вонючий» оборотень и с такой силой бьет ладонью по капоту внедорожника, что я вздрагиваю всем телом.

— Вот болван, — бурчит Чак, давая по газам. — Тоже мне пупы земли, устроили тут непонятно что, оставшись без нормального вожака.

Мысленно соглашаюсь с ним и прошу у папы прощения за то, что сбегаю неизвестно куда, оставляя его стаю на произвол Винса. Надеюсь, он не будет за это меня ненавидеть, а поймет и простит."

"— Мира, вылезай, — отвлекает от грустных дум мой спаситель. — Пока никого нет. Теперь будем еще минут тридцать ехать до второго пропускного контроля, а там уже всё. Общие земли.

— Спасибо, — выпрямляюсь на сидении и только сейчас внимательнее рассматриваю молодого мужчину.