Лишь вскользь отметил, что сотворить подобное не сможет больше никто во вселенной. В том числе и он сам.

Последний истинный Пожиратель оказался для этого слишком некомпетентен.

Существо, которое имело знания, несоизмеримые со всем научным потенциалом человечества, не смогло воссоздать процесс получения симбионтов. А пятёрку, что получили мы, он принёс в своём теле из мира Пожирателей, который пал под натиском хтонических тварей.

Поэтому моя Мира это не просто симбионт и друг, который провёл вместе со мной четыре тысячи лет в мёртвой вселенной, но ещё и уникальное создание.

Искусственный разум, способный не только решать сложнейшие задачи, но и испытывать чувства: иронизировать, подкалывать, злиться, ругаться и так далее.

Мира полноценная личность, которая имеет свои интересы и пристрастия.

Например, она любит находить новых хтонических тварей и изучать их. Естественно, уже в препарированном виде. Если, что-то от них оставалось после знакомства со мной. А ещё Мира любила изучать новые схемы для нанотехнологических установок, которые попадались в пространственных разломах.

Эти схемы были наследием расы учителя.

Они предназначались для носителей разумных симбионтов и представляли собой набор правил и алгоритмов, для воссоздания технологий древней расы Пожирателей, или ассимилирования их, переработки под себя.

Я в своё время смог найти и поглотить сорок три такие схемы. И среди других Пожирателей считался одним из самых результативных. Больше было только у Лидии и Дарела. Но у них большинство схем были небоевыми, в то время как мои все до одной.

В бою я могу создавать сотни комбинаций этих схем, чем гарантирую себе победу практически над любой хтонической тварью.

И это сыграло со мной злую шутку, должно быть, другие Пожиратели испугались и решили избавиться от меня, в обход учителя."

"Но это ничем не подкреплённые предположения, которые я смогу подтвердить или опровергнуть, только связавшись с Квантумом. А пока до этого ещё очень далеко.

Мы уже подошли к кабинету адмирала Стоуна. Возле двери я ощутил чужое присутствие. Должно быть, это те самые хамелеоны, что стояли на страже местного руководства. При желании можно их легко вывести не только из невидимости, но и из строя.

Но делать этого я не стал. Незачем. Никто не попытался остановить Хелен, и мы беспрепятственно оказались в кабинете адмирала.

— Наконец! Почему ты так долго возилась? Двадцать минут назад мне звонил Васильев. Кто-то ему уже успел доложить, что на базу прибыл незарегистрированный маг. Прежде чем продать его, Старый Ворон хочет поговорить. Уж не знаю, что взбрело ему в голову, но мне это не нравится. Теперь придётся делиться с ним.

— Не придётся. — сказал я, выходя из-за спины Хелен.