— Пока всё это похоже на провокацию, будто вычисляете хоббитов, нелояльных Шринанту, и сдаёте их императору.

— Ба!

Брови хоббита взлетели вверх… После чего он долго смотрел на меня, а потом заржал… И ржал так, что никаких сомнений в искренности его смеха у меня не осталось. Более того, я отчётливо услышал слово…

— Это я дурачок? — уточнил я, продолжая отыгрывать свою роль.

— А, кто, бл. дь, ещё?! — вытирая слёзы и заикаясь, проговорил полурослик и ткнул пальцем в стену. — Видишь вон тот камень?

— Вижу.

— Нажми.

— Сам нажми.

Я сделал несколько шагов в сторону.

— А ты хорош.

Хоббит встал и ткнул в немного выпирающий из стены камень.

Прямо между нами, посреди тёмной комнаты возник сияющий жёлтым портал.

— За мной.

Не глядя на меня, Беронз зашёл в портал.

Вот сука!..

Я быстро скользнул взглядом по кабинету… Долго думать нельзя… Понятно, что раз этот гад начал так откровенничать, то у него есть козырь… Значит, уйти я не смогу, да и показал себя вроде вполне естественно. Значит, надо пытаться раскрутить этот клубок… Я деактивировал меч и тоже вошёл в портал.

Он не закрылся и осветил помещение, в котором… Еб. ть! К стенам которого были прикованы десятки мёртвых людей. Большая часть умерли от пыток, а некоторые, судя по худым телам, с голоду.

— Достаточно? — раздался голос Беронза за моей спиной. — Возвращаемся.

Я обернулся, но яркий жёлтый свет портала не позволил разглядеть хоббита. Я сжал зубы и сделал шаг вперёд.

Через секунду в кабинете возник и хоббит. Он зашёл с той стороны и вышел здесь так, что, реши я напасть на него, промахнулся бы. Но я, разумеется, ничего не сделал.

— А теперь к главному… — Беронз снова уселся на стул, и на его губах заиграла улыбка. — Как ты понимаешь, такие вещи мы кому попало не показываем, да и разговоры такие не заводим…

Короче, Склифосовский!

Я молчал и изображал ошеломлённого юного хоббита. Это было не сложно, так как внутри я был не менее ошеломлённым человеком.

— … Вот здесь, — Беронз указал куда-то под стол, — стоит мощный артефакт. Когда ты зашёл, он вступил во взаимодействие с твоей головой. И по моей команде он сотрёт всю память о том, о чём мы говорили. Понимаешь?

— Да.

— И дальше варианта два, — ухмыльнулся куратор. — Ты говоришь, что всё увиденное тебе непонятно и неинтересно, потому что не хочешь или думаешь, что мы работаем на императора… Это неважно… После этого уходишь и всё… Ты просто всё забываешь и становишься таким же учеником, каким был до этого… сдаёшь экзамен и все дела… Или! Ты с нами. Тогда память остаётся и завтра… и потом… ты делаешь без каких бы то ни было вопросов то, что я говорю. Решай! У тебя минута!

Он замолчал, а я стоял в полном ах.е.