Его Величество король Кристиан V помиловал гражданина Норвегии Ульвхедина Паладина из рода Людей Льда и в благодарность за его верность королю и действия, пресекшие покушение на жизнь Его Величества, разрешил ему отныне свободно жить и передвигаться по землям Норвегии и Дании. Письмо, доставленное гонцом, свидетельствовало о том, что Ульвхедин находился под личным покровительством Его Величества. Он больше не был изгоем, вознаграждение за его поимку отменялось.

Виллему сияла. Доминик посоветовал ей поменьше задирать нос. Однако в честь помилования Ульвхедина был устроен большой праздник. Обитатели Габриэльсхюса понимали, что королю было доложено далеко не обо всех поступках Ульвхедина, а только о том, что касалось спасения жизни и трона Его Величества.

На другой день Тристан, как обычно, спустился в семейную гробницу и сел возле могилы Брониславы. На этот раз Виллему последовала за ним и села рядом.

— Она была хорошая?

— Самая лучшая.

— Ты обещал позаботиться о ее дочери и внучке. Что ты намерен предпринять?

— Ульвхедин хочет забрать ребенка в Норвегию. Он говорит, что только Элиса сможет воспитать его. Но, по-моему, это было бы несправедливо по отношению ко всем!

— Я с тобой согласна. К тому же опасно везти грудного ребенка на корабле. И потом Марина… Нет, девочка должна остаться здесь.

— Да. Но моя экономка, которая сейчас ухаживает за ребенком, долго не выдержит, она старая и слабая. И дело не только в ребенке! Я завещал Габриэльсхюс Марине, а по праву он должен принадлежать Ульвхедину. Просто ума не приложу, что делать!

— Ульвхедин хочет лишь одного: поскорее вернуться в Элистранд к Элисе и малышу. Ему не нужен Габриэльсхюс и связанная с ним ответственность, он хочет вернуться в Норвегию, где никто не будет называть его маркграфом и где он будет простым крестьянином. В этом его призвание. Габриэльсхюс — не для него.

Тристан кивнул.

— Наверное, ты права, но он получит от меня крупную сумму, а также необходимые ему для обзаведения мебель и утварь из Габриэльсхюса. У нас здесь много лишнего. Но что мне делать с Мариной? Она немного оттаяла благодаря Беттине, однако ее робость так и не прошла, и ей трудно сходиться с новыми людьми. К своей так называемой сестренке она относится с подозрением, появление ребенка явно вызывает у нее недоумение. Иногда Марина гладит ее по головке с отсутствующим видом, но живет она в своем недоступном, отгороженном ото всех мире, считая, что все мужчины только и ждут случая, чтобы нарушить ее покой и напасть на нее. Мы с ней одинаково тоскуем по Брониславе. Впрочем, мне кажется, она смирилась бы с потерей матери, лишь бы я к ней не приближался. А Бронислава хотела, чтобы я женился на Марине! О, Боже!

Он тяжело вздохнул.