– Так что сейчас можем говорить откровенно, – продолжил человек, назвавшийся «Ивановым», – нас никто не слышит, да и не услышит. Агент Салливан попросил нам оказать вам всестороннюю помощь в сложившейся ситуации. Как вы уже знаете, сегодня должен был состояться суд над местным бандитом и по совместительству олигархом Колымским. Суд перенесли на завтра. Завтра после обеда начнется рассмотрение его дела. Как вы уже знаете, – мой собеседник посмотрел вдаль за мою спину, потом продолжил, – главный и единственный свидетель против Колымского мертв. Таким образом, завтра около шести часов вечера суд примет решение об освобождении Колымского из-под стражи. Вы понимаете, что это может означать лично для вас?

Я кивнул. Ничего особенного это означать не может. Лучше мне сидеть тихо и не высовываться, так как процентов девяносто девять, что Колымский постарается убрать меня.

– Что вы собираетесь предпринять? – посмотрел мне в глаза полковник.

– Еще не знаю, – честно ответил я.

– Теперь слушайте внимательно. Примерно в шесть вечера Колымскому объявят постановление об освобождении из-под стражи. – Иванов подошел ближе и понизил голос почти до шепота. – За ним приедет белый «Патриот». Там остатки его банды: Андрей по кличке Рыжий и Коля Балагур. Возможно, будут еще два-три бойца. Базируются они на старой даче Колымского, большое трехэтажное строение за бетонным забором, на берегу моря. Туда идет одна дорога, и та частично размыта дождями. Поедут они, скорее всего, именно туда. И постараются отсидеться несколько дней, так сказать, прийти в себя. Колымскому нужно собрать новую банду и подтянуть остатки старой."

"– Очень интересно, а я тут при чем? – откровенно спросил я, хотя и понимал, куда клонит этот «Иванов».

– Вы абсолютно ни при чем. Ни в этом деле, ни в каком другом, – совершенно серьезно сказал Иванов. – Официально ни при чем, если все будет сделано грамотно.

Он сунул руку во внутренний карман пиджака и достал запечатанный белый конверт.

– Вот тут вся необходимая информация. Удачи, Новиков.

Полковник «Иванов» протянул мне руку, которую я пожал, раскрыл зонт и быстро пошел в сторону ждущей его машины. Я подождал, пока он уедет подальше, добежал до своей машины и вскрыл конверт.

В конверте была обычная карта с обозначениями. Было обозначено здание суда в Новой Одессе, от которого дорога вела сначала к морю, потом резко уходила влево и шла вдоль побережья. Потом упиралась в точку на карте. Наверное, тот самый дом.

Ну что ж, намек я понял, товарищ «полковник». В принципе, я и сам похожие планы вынашивал где-то далеко в глубине сознания. За Гришку мы еще не рассчитались с Колымским. Попетляв немного по улицам, я поехал к своему месту базирования. Женя и его бойцы были дома.