Закреплять такой образ в голове судьи — не самая умная вещь, которую ты могла бы сделать.

Я проигнорировала его колкость в мой адрес и скрестила руки на груди.

— Так что ты тут делаешь? Я знаю, что это не просто отцовский визит.

Ты никогда ничего не делаешь без причины.

— Конечно нет.

Зачем делать что-то без причины?

— Давай только без твоей умопомрачительной логики.

Он подмигнул.

— Не надо быть такой завистливой.

Если ты будешь стараться, то однажды тебе удастся перенять мои блестящие логические навыки.

— Эйб, — предупредила я.

— Заканчивай с этим.

— Ладно, ладно, — ответил он.

— Я пришел сказать, что суд могут перенести.

— Ч-что? Это же отличная новость!

По крайней мере, я так думала.

Выражение его лица говорило иное.

Последнее, что я слышала — мой суд может состояться через несколько месяцев.

Одна мысль о том, чтобы просидеть в этой камере так долго, снова заставляла меня чувствовать приступ клаустрофобии.

— Роза, ты понимаешь, что суд будет почти идентичным слушанию.

Те же улики и вердикт ""виновен"".

— Да, но есть же что-то, что мы можем успеть сделать до это, верно? Найти доказательства, чтобы оправдать меня?

Внезапно у меня мелькнула хорошая догадка, в чем же могла быть проблема.

— Но когда, ты говоришь, ""переносится""? О каком сроке мы говорим?

— В идеале, они бы хотели сделать это после коронации нового короля или королевы.

Знаешь, как часть послекоронационного праздника.

Его тон был легкомысленным, но, так как я поймала его темный взгляд, я поняла полный смысл.

Цифры проносились в моей голове.

— Похороны на этой неделе, а выборы сразу после них…

То есть меня будут судить и признают виновной… фактически через две недели?

Эйб кивнул.

Я снова кинулась к решетке; сердце бешено колотилось.

— Две недели? Ты серьезно?

Когда он сказал, что суд переносится, я думала, что он будет через месяц.

Достаточно времени найти новые улики.

Ну и как я собиралась справиться с этой задачей? Неясно."

"Теперь, у меня почти не оставалось времени.

Двух недель не достаточно, особенно учитывая такую большую активность во Дворе.

Еще недавно я негодовала на то, как много времени мне предстоит здесь пробыть.

Теперь же у меня его слишком мало, и ответ на мой следующий вопрос мог сделать все еще хуже.

— Сколько? — спросила я, пытаясь контролировать дрожь в голосе.

— Сколько времени пройдет после вынесения вердикта до того, как они… приведут приговор в исполнение?

Я все еще точно не знала, что я унаследовала от Эйба, но я точно знаю, что одна черта у нас общая: непоколебимая способность доставлять плохие новости.

— Вероятнее всего немдленно.

— Немедленно.

Я вернулась назад, почти села на кровать и почувствовала необычайный прилив адреналина.

— Немедленно? Значит…

Две недели.