Дедушка не любил излишнего любопытства и торопливости. Пришлось собрать полную охапку хвороста и только тогда вернуться. Кто знает, сколько ему понадобится.

– Отлично, милая, – одобрил мои старания дед и указал перед собой. – Клади сюда.

Я сложила ветки в требуемом месте и с любопытством принялась наблюдать за тем, что делает дедушка. Кроме того, что я уже видела, перед ним оказалось заточенное гусиное перо и длинный нож с красивой резной рукоятью и тонким двусторонним лезвием.

Вельх некоторое время пристально смотрел на кучку из веток, которые я принесла, и те постепенно начали тлеть, дымиться и в итоге загорелись, как и дрова в нашей печи. Но я все равно ахнула, как будто видела это впервые, и отошла в сторону. Костер очень быстро разросся, его жар почти обжигал кожу.

– Дедушка, разве огонь нас не выдаст? – заволновалась я. Слишком уж большой получился костер.

– Нет. Я зачаровал поляну, поэтому тут нас никто не увидит и не услышит, даже если пройдет через это самое место. А теперь подойди. – Дедушка одной рукой поманил меня к себе, а другой поднял кинжал.

– Что ты собираешься делать? – Вид острого лезвия меня не вдохновил, а, наоборот, заставил отшатнуться.

– Ты мне не доверяешь? – нахмурился Вельх.

– Доверяю, – не слишком убедительно пробормотала я.

– Тогда ничего не бойся. – Его карие глаза излучали спокойствие и уверенность, и эти чувства передались мне. Я шагнула вперед, протянула руку, как будто знала, что от меня требуется. Все хорошо, все так, как должно быть.

Резкая боль отрезвила. Кровь заструилась по запястью, стала заливать серебряную чашу. Я попыталась вырваться, но дедушкины пальцы очень крепко вцепились в мою руку.

– Зачем? – вскрикнула я.

– Так надо, – ответил он и, наконец, отпустил."

"Я слегка пошатнулась от неожиданности и уставилась на кровоточащий порез. Дедушка тем временем с легкостью полоснул себя по руке и стал наполнять чашу уже своей кровью. Делал он это с таким невозмутимым лицом, как будто вовсе не чувствовал боли. Неужели без крови волшебства не получится? Мне всё больше казалось, что ведьмы не выдумка, и мы принадлежим именно к их числу.

– Объясни мне хоть что-то, – попросила я. Но дед молчал. Передо мной как будто сидел незнакомец. Неужели все маги такие? Я тоже стану такой бесчувственной? Я вообще хоть что-то знаю о своем дедушке?

Вельх приподнял чашу, наполненную до середины нашей с ним кровью, взболтал. По пузатым серебряным бокам покатилось несколько багровых капель, оставляя за собой неровный красный след.

– Должна хорошо смешаться, – пробормотал он.

– Что! Ты! Делаешь?! – Я почти сорвалась на крик. Дед поморщился.

– Я делаю то, что хотел сделать очень давно. – Он продолжал вращать чашу, смешивая ее густое содержимое.