Отдай вы нам ту скрижаль, то получили бы всё, что только пожелаете. Не все люди обманывают. Мы все кормимся из одного места, — она обвела рукой город. — Это сближает. Поэтому мы научились договариваться между собой. Мы не только в центре Тулы уживаемся, но и в других местах. Да даже Форт и Полигон иногда торгуют друг с другом.

— Форт и Полигон?

— Поселение уголовников и военщины, — подсказал Степан. — Я уже связался. За тобой скоро приедут.

— Думаешь, что раз ты заблудший, то я тебе буду кофе делать? — возмутился Стас. — Вон машина. В багажнике кружка, термос с горячей водой и остальное.

Я материализовал артефакт правдивости и вопросительно посмотрел на командира отряда.

— Не доверяешь? — спросил Степан. — Зря. Спрашивай.

Процедура длилась недолго. Посиневший камень подтвердил, что начальник группы не врёт. Также он пообещал, что в случае каких-либо проблем он и его люди постараются помочь.

Вскоре раздался шум мотоцикла. По улице несся спортбайк, оглашая округу рёвом мощного двигателя. Мобы остались только в зданиях, так что можно было их не опасаться.

Смог разглядеть человека. Это оказался мой знакомый старлей, с которым я общался в кафе.

— Прыгай, — военный указал на заднее сиденье.

Поколебавшись, сел на указанное место. Заднее колесо, оставляя россыпь искр, вхолостую прошуршало по асфальту, и мы рванули. Лихач профессионально лавировал между оставленными машинами. Он, с легкостью ориентируясь в пространстве, срезал путь через дворы. Один раз на нас попытался выпрыгнуть из окна богомол-переросток, но его туша застряла в проеме. Не прошло и трех минут, как я уже стоял перед армейским постом.

— Ты же не видишь границу? — спросил старлей.

— Нет.

— Тогда лучше к этой ласточке не приближайся, — он похлопал БТР. — Как раз через линию проходит.

— Понял. Для чего я здесь?

— Без понятия. Приказали доставить, а дальше не моя забота. Принимай бойца. Всё, бывай! — старлей, не сказав больше ни слова, умчался.

Ко мне подошел сухощавый мужик в камуфлированной форме.

— Рома, — представился армеец. — Тебя разыскивают.

— Знаю, — я переложил артфикс в левую руку и пожал крепкую ладонь.

— Это правда? — он материализовал батончик.

— Ты про убийство детей спрашиваешь?

— Да.

— Нет.

Рома скривил губы. Не поверил? Ну и хрен бы с ним. Как сказал старлей: «Не моя забота».

За пределами купола раздался глухой хлопок. Появилось два человека. Первый чем-то напоминал Столыпина. Идеальная осанка, будто в позвоночник вставили спицу. Выглаженная одежда. Начищенные берцы. На плечах — генеральские погоны. Второй выделялся как интеллигентностью, так и нескладностью. Армейский китель на нем смотрелся по меньшей мере несуразно. На ум пришло выражение «как на корове седло».

Они уверенно подошли ко мне.