Недавно я встретила Арсения и попросила его помочь… не деньгами, конечно, это было бы унизительно, да и проку в этом мало; нет, я попросила его устроить на работу Марину, мою дочь. Как я потом раскаивалась в своей просьбе! – Последние слова прозвучали как трагический вздох, и Елена Сергеевна надолго замолчала.

Ковригин не торопил ее, зная, что теперь она будет говорить, пока не расскажет ему все.

Действительно, после долгой паузы Елена Сергеевна продолжила:

– Он взял ее в свою фирму, бухгалтером. Не главным, конечно, вторым или третьим, но на хорошие деньги. Она приоделась, завелись кое-какие приличные вещи, я была так рада! И не сразу заметила, как изменилась Марина.

 – Елена Сергеевна взглянула на Ковригина своими полубезумными глазами и заговорила тише, надрывнее: – Она приходила домой очень поздно, когда я спрашивала ее – отмахивалась или говорила, что много работы, а ведь я не дура, я видела, что Марина пришла от мужчины, это всегда можно заметить. Да я очень и не приставала к ней – взрослая девушка, у нее своя жизнь, не могу же я надзирать за ней до старости. Но как-то Мариночка сама заговорила со мной… Она вернулась домой под утро, немного пьяная, пришла в мою комнату, заплакала и сказала, что давно уже сделалась любовницей Арсения, что он противен ей, но ничего не поделаешь, иначе не сохранить работу… Я очень разозлилась, хотела поговорить с ним, но Марина меня удержала, а через несколько дней она вернулась с работы совершенно невменяемая… Я долго не могла добиться от нее вразумительного объяснения, она только тряслась и плакала, но наконец смогла объяснить мне, что Арсений много раз заставлял ее подписывать фальшивые накладные, а теперь в его фирме ревизия и он подставил ее, свалил на нее огромные недостачи и ей грозит тюрьма…

Елена Сергеевна снова замолчала.

Ковригин терпеливо ждал, и только Ара Димирчан вертелся в кресле и хрустел суставами. Наконец женщина снова заговорила:"

"– Я пошла к нему, пыталась разговаривать с ним как с человеком. Но это не человек, это – чудовище! Он смеялся надо мной, смеялся мне в лицо! И наконец сказал: если я хочу спасти дочь, то должна сделать то-то и то-то… То есть устроиться в вашу фирму по поддельным документам, а потом выполнить его задание.

 – Елена Сергеевна опустила глаза и тихо закончила: – Остальное вы знаете.

– Хм, – откашлялся Ковригин, – как вы решились послать факс прямо из приемной, это же было очень рискованно?

– Колыванов настаивал, чтобы я сделала это сразу же, как только узнаю, – время дорого. И потом, – злорадно добавила Елена Сергеевна, – вы зря думаете, что это рискованно. У той курицы, что сидит в приемной, можно под самым носом скачать из компьютера все материалы по вашей фирме, она и не заметит.