Даже модные молодежные книжки подкидывал, заметив, с какой удивительной скоростью поручик читает всю эту печатную продукцию.

Но это ладно. Мелочи жизни. Обычная возня. Куда страшнее событие произошло сегодня утром.

Прибыл курьер от Лейб-гвардии Гусарского полка с письмом. Формально – от Олега Константиновича. Но на деле – от всего полка. Целых десять листов текста убористым почерком! Этот юноша «со взором горящим» очень уж увлекся чтением его боевого журнала. Молодой и наивный романтик. Да еще и служил в полку, где некогда отметился знаменитый Денис Давыдов. Наверняка мечтаний был полный вагон. Вот и ударило по нему этой писаниной как кувалдой. Оглушило до крайности. Более того – он скопировал журнал и начал распространять его в своем полку. А дальше, как писал Олег, рукопись стала стремительно множиться и расходиться по всей дивизии."

"Читая это письмо и думая, Максим как-то внезапно осознал странность. Ведь в начале войны гвардейскую кавалерию очень берегли и осторожничали. А тут она словно с цепи сорвалась. На острие атаки. Так хватало родичей уважаемых людей, способных при необходимости надавить на довольно осторожного Жилинского и позволить Ренненкампфу развернуться «во всю ивановскую».

– Уж не моя ли писанина их так всех возбудила? – тихо буркнул себе под нос Максим.

Впрочем, среди всей этой феерии чувств и малозначительных деталей была и важная вещь – Олег Константинович отмечал, что список боевого журнала отряда Максима уже добрался до Петрограда и вызвал настоящий фурор у журналистов.

И это было хорошей новостью. Слишком хорошей, чтобы быть правдой. Но все равно улыбку и радостное настроение она вызывала. Для честолюбивого и весьма амбициозного мужчины не самых великих лет такая слава была безмерно приятна. Даже несмотря на изрядный цинизм, коим он наделен. Военным делом редко добровольно пытаются заниматься люди, не жаждущие, хотя бы и глубоко в душе, себе триумфа в самом лучшем древнеримском смысле этого слова. Так что письмо, конечно, немало укрепляло желание Максима остаться.

– Максим Федорович! Вот вы где! – раздался совсем близко вполне приятный, но немало осточертевший за эти дни голос. Один из местных священников решился окормлять его душу со всей страстью. Ну или кто-то сверху решил, что данный деятель культа жаждет принести утешение беспокойному поручику. В любом случае этот кадр ежедневно находил время для душеспасительных бесед. И Максиму приходилось демонстрировать благожелательность с интересом. И молитвы учить «заново» и вполне радостно. Чтобы чего дурного не подумали. Скрывая, разумеется, немалое раздражение. Так что один только этот поп мог легко перевесить все, вместе взятые, позитивные факторы.