– Прошу тебя, поставь меня на пол!!

Не вырываюсь, не колочу кулаками по его спине. Да это просто бесполезно! Так же, как и просить его о чём-то.

Поэтому я просто вишу на его плече, пока Войнов быстро спускается по лестнице, проносится по коридору вроде бы второго этажа, распахивает какую-то дверь…

Наконец останавливается, но не спешит поставить меня на пол.

– Ты так и не поняла, снежинка! – дёргает вдруг за юбку, и я вздрагиваю. – Здесь всем плевать на форму. Может, уже найдёшь что-то поинтереснее, чем это?"

"Вот теперь я вырываюсь и колочу Остапа по спине. Посмеиваясь, он наконец-то меня отпускает. Я пихаю его в грудь.

– Какое тебе дело до моей одежды? – поправляю юбку, а сама взгляда с него не свожу. – Да и до меня тебе какое дело? Может, объяснишь уже?

– Так я объяснял, – Остап продолжает паясничать, наклоняется, вновь дёргает за юбку. – Сейчас мне не скучно, – признаётся он с какой-то задорной ребяческой улыбкой.

Она озаряет его лицо, делая его ещё привлекательнее. Мой взгляд падает на губы парня. Пытаюсь разглядеть следы вчерашней травмы, но там лишь небольшая, уже затянувшаяся и почти незаметная ранка.

– Куда это ты смотришь, снежинка? – интересуется Остап, вопросительно приподняв одну бровь.

– Никуда, – поспешно отворачиваюсь и осматриваюсь по сторонам. – Ну и зачем мы здесь?

Я думала, что он опять запрёт нас в подсобке. Но похоже, Войнов отсиживается во время своих прогулов в разных местах. На этот раз он притащил меня в актовый зал.

– Я же сказал, что хочу показать тебе все укромные уголки школы. Или ты предпочитаешь оказаться со мной в тёмной и тесной подсобке?

Его слова явно имеют двойной смысл. Непроизвольно начинаю краснеть, поэтому не спешу повернуться к парню лицом.

– Я бы предпочла быть сейчас на уроке истории… Но ты опять не оставил мне выбора.

Делаю несколько неуверенных шагов к сцене, разглядывая декорации на ней. Кажется, здесь совсем недавно ставили какой-то спектакль.

– Пойдём, снежинка, – Остап подталкивает меня в спину. – Покажу тебе кое-что интересное.

Иду к сцене, забираюсь на неё. Войнов стягивает свой рюкзак с плеч, потом и мой тоже снимает. Прячет их за декорациями и тянет меня за кулисы. Мы протискиваемся мимо пыльных музыкальных инструментов, бутафорских мечей, вешалок с костюмами…

Остап присаживается на корточки, проводит ладонями по дощатому полу, нащупывает что-то, тянет и… отдирает половицу.

– Боже… – я закатываю глаза от того, как просто и легко этот парень разбирает пол.

Сняв несколько досок, он складывает их в стопку. В полу сцены образуется достаточно широкая дыра, которая, судя по всему, вполне устраивает сероглазого.

Остап поднимается с корточек, снимает бомбер, швыряет на стоящий рядом стул. Сегодня на парне тёмная водолазка.